Туда не занесет ни лифт, ни вертолет,
Там не помогут важные бумаги,
Туда, мой друг, пешком и только с рюкзаком,
И лишь в сопровождении отваги.
Ю. Визбор «Третий полюс»
17-25 июля 2020 года
Участники: Григорий и Наталья Воронковы, Татьяна Карцева, Татьяна Черешнева, Алексей Павленко, Галина Киселева, Татьяна Монастыршина, Сергей Ипполитов, Анна Мурунова.
Из-за ковидной эпидемии пострадал весь мир, и нас она не обошла стороной. Я переболела COVID-19 в тяжелой форме, вся семья просидела месяц на карантине, два месяца Находка была закрыта за блокпостами. Соответственно наш план походов, составленный в прошлом декабре на целый год, полетел ко всем уханьским чертям.
По этой же причине нам пришлось отменить и запланированный большой «заграничный» поход на Ергаки в июле.
Но наш боевой народ так засиделся в вынужденной изоляции дома, что как только открыли Находку, все готовы были хоть пешком от дома бежать на край земли, лишь бы снова в леса и горы.
Пришлось придумывать маршрут по местным достопримечательностям. Было высказано предложение пройтись по бухтам вдоль побережья, но у Гриши, как всегда: «Мы море конечно очень любим, но…идем в горы». А тут как раз на июль-август стояла Милоградовка в плане, а на ней половина народа еще ни разу не была.
Так и вырисовался план маршрута с Сестры на Милоградовку. Именно так Гриша ходил 25 лет назад с молодыми ребятами (парнем Ромой и двумя девушками Людами).
«………………………………………………………………………………………………………………………………..»
Григорий Воронков
Читая в детстве книги Куренцова «В дебрях Уссурийского края», я, честно говоря, плохо представлял, где это – Приморье, уссурийская тайга. Еще помнилась песня «Чтобы с боем взять Приморье, белой армии оплот…». Вот и все мои познания о Приморском крае.
Волею судеб попав в Находку — с полей и равнин Тамбовщины в горную страну, я был очарован открывшимся мне новым миром. Исследовав ближние сопочки, бухточки и водопадики, меня стали манить к себе эти самые «дебри Уссурийского края». К тому времени в продаже появился топографический атлас Приморского края с масштабом два километра в одном сантиметре. Это был прорыв в популярной картографии (то есть доступной для широкого пользователя). Карты для меня, это как романы Дюма. Я мог часами смотреть на клочок бумаги, и это был не просто лист, а целый мир – горы с подъемами и спусками, реками и оврагами, болотами и озерами, по которым я «передвигался», сидя или лежа на диване.
Благодаря этому атласу я уже вживую побывал на горе Ольховой, Лысой и меня стала манить к себе гора Сестра 1671 метр, в Лазовском районе.
Общаясь с местными ребятами, рыбаками, охотниками, я также прослышал о величественной и очень красивой реке Милоградовке. Эти парни осенью собирались поехать туда отдыхать. Под отдыхом подразумевалась рыбалка, охота, сбор кедровой шишки и все это подавалось под изрядную дозу горячительных напитков. Короче полный отрыв от бытовых и семейных забот (раз в год можно себе позволить).
Соединив в уме и на карте эти две точки (Милоградовка и Сестра), я сказал: «Ладно, ждите тогда меня в гости». Не думаю, что они восприняли это серьезно. Да и сам я плохо представлял, как можно в глухой тайге пойти по многокилометровому маршруту и безошибочно попасть из точки А в точку В.
Но, как говорится у механиков, маховик закрутился, и все начало складываться один к одному. В моем окружении сразу нашлось несколько таких же, как я, бродяг по тайге за синим туманом, пожелавших пойти в многодневный поход. Это были две молодые девчушки- подружки Людмилы. Люда большая и Люда маленькая. Люда маленькая (первая)- спортсменка, заводила, собственно и подбила свою подругу на эту авантюрную затею. Также мой товарищ, Володя Манаев, предложил кандидатуру своего подопечного Ромы Потапова. Он закончил школу и собирался идти в армию, и ему хотелось немного себя испытать, побольше трудностей, нагрузки и еще романтики.
Взяли у знакомого большую палатку на четверых. Поход запланировали на две недели.
И вот 25 октября мы уже были на автовокзале и грузились в автобус, следующий по маршруту Находка-Лазо-Дальнегорск.
Как хорошо, что за пять минут до выхода из дома ливанул проливной дождь и нам пришлось надеть резиновые сапоги. Забегая вперед, скажу, что без них наша затея вообще могла сорваться.
Благополучно доехали до Лазо на знаменитом автобусе марки ПАЗ без особых поломок (полетел всего лишь один клапан карбюратора и водитель быстро его сделал из подручных средств).
Как обычно, после долгого пути, народ жаждет бежать вперед, а тут я стою и усердно кручу вокруг оси карту, скрывая от напарников, что я даже не знаю в какую сторону нам идти. Во мне они видели профессионала, чувствовали опору и защиту, а я чувствовал свою ответственность, поэтому спешить было нельзя.
Покрутив еще немого карту, я уверенно показал на север. Пройдя пару километров, в распадке с левой стороны увидели горы. Это были Сестры и Зубы Дракона. Но я не поддался соблазну и не пошел прямо на них. Ведь это был тот самый знаменитый ключ Коварный. Скольких людей он заманил, пообещав горы и уведя в сторону. Если пойти по ключу Коварному, то на Сестру никогда не попадешь, перевалишь в Чугуевский район. Так я однажды впоследствии встретил группу туристов из Владивостока, которые в непогоде промахнулись мимо Сестры и блуждали несколько дней, не понимая, где они находятся.
Мы благополучно миновали эту замануху, и, пройдя еще немного, остановились на обед. Сварили макароны, открыли банку заморской кабачковой икры… и все это благополучно выкинули в кусты, т.к. есть никому не хотелось (аукнулась нам потом эта расточительность).
Пройдя по дороге еще пару километров от пасеки Ощепкова, встали на ночлег. Ночью одна из девушек, разбудив меня, сказала: «Там кто-то ходит». От этих слов мне стало не по себе, но я вышел на улицу, и увидел, что мешок с продуктами, раскачиваясь от ветра на дереве, издает такие подозрительные звуки. А у страха-то глаза велики.
Утром поели каши, сварили какао и двинулись дальше в путь. Дорога, как и сейчас, плавно переходила в тропу. Дойдя до подъема, тропа продолжалась по ключу, а на хребет не шла. Так и пошли дальше по ключу. Тропа была слабой, периодически терялась, но привела, в конце концов, к водопаду. Теперь я его называю «Ностальгия» и уже много лет пытаюсь найти, а сейчас даже начал сомневаться в его существовании. Он похож на водопад Легенда, который назвал Володя Давыдов, и также похож на водопад на Шейкином ключе. Они все одного типа, и расположены на одной высоте около 800м только на разных ключах, на одном и том же слое гранитной породы, которая проходит через все основание горы Сестра в виде большого каменного «коржа».
Осмотрев и сфотографировав водопад, мы двинулись дальше, но уже не по ключу, а полезли на хребет, не забыв набрать с собой воды. Время было далеко за полдень, когда мы поднялись на водораздельный хребет к Зубам Дракона. Дальше идти уже не было сил, и мы остановились на ночлег, хотя место было не очень подходящим. Вокруг были большие валуны, а место под большую палатку – с приличным уклоном. Но усталость выровняла площадку и сгладила бугристости. Наскоро поужинав, мы уснули мертвецким сном. Каково же было наше удивление, когда, проснувшись утром, мы увидели, что наступила зима. Палатку завалило снегом. Все вокруг было затянуто облаками и туманом. Видимость только на вытянутую руку.
Ситуация не очень приятная. Куда, в какую сторону идти, непонятно, ничего не видно. Дрова вокруг тоже завалило, они были мокрые, отчего костер не столько горел, сколько дымил. Чтоб согреться, в ход шли и сырые и живые дрова. Костер мы обнимали, чуть ли не ложились в него. От дыма текли слезы, сопли и слюни. В этот день мы решили никуда не идти. Будем пережидать непогоду.
У меня с собой был кусок брезента от старой палатки, который я использовал как отражающий экран при ночевках возле костра. Сейчас он очень пригодился.
Я говорил, что когда мы выходили из дома, ливанул дождь и все надели резиновые сапоги. Правда у девчат они были коротенькие. И я из брезента пошил им бахилы. А то в летних кроссовочках на снегу они остались бы без ног, и дальнейшее наше передвижение было бы затруднительным. А в сапожках, пусть даже маленьких, но с бахилами, мы готовы были продолжать наш поход.
На утро следующего дня облака и туман начали подниматься. Макушка красавицы Сестры то ненадолго показывалась, маня меня к себе, то исчезала в плотных облаках.
Вершина была заснежена, но кедровый стланник контрастно выделялся, так как стоял зеленый. Я то и дело поднимался на хребтик между Зубами Дракона и фотал Сестру. Пленку я экономил. У меня было всего три кассеты по 36 кадров. На две недели это очень мало. Но кадры с похода получились просто великолепные. Потом у меня все спрашивали, где это, и не верили, что эта зима была снята совсем недавно. Ведь в Находке в это время еще вовсю купались в море. У меня даже просили эти кадры, чтоб сделать календарь. К сожалению, мало сохранилось фотографий с того похода до нашего времени, очень много пораздавал из альбома.
Подождав еще часок улучшения погоды, мы решили идти на вершину. Сейчас этот путь всем знаком, каждый камень имеет свое имя. А тогда мы были в безымянном царстве камней, каменноберезника и кедрового стланика.
С вершины Подружки мы спустились в седловину и стали подниматься на главную вершину Сестры. Я думал, будем долго и трудно подниматься, а тут раз, и мы уже на макушке. Я даже был немного разочарован слишком быстрым подъемом.
На вершине все было в облаках, видимости никакой, дул пронизывающий холодный северный ветер. Между ног тригонома стояла деревянная площадка на ножках. Это подставка под теодолит – инструмент топографов-геодезистов. Мне представлялось, как Федосеев со своей командой ставили эти сооружения и делали топосъемку.
Первую часть похода мы осуществили, поднялись на вершину горы Сестра 1671м. Довольные пришли в лагерь. Все вокруг еще было в снегу, мокрое, и мы легли спать, не потушив костер. Кое-какие вещи, продукты остались на ночь около костра. Наша беспечность не прошла бесследно. В начале похода мы разбрасывали недоеденную еду. А теперь пришла расплата. Непотушенная головешка скатилась на наклонной площадке в сторону вещей, и большая часть съестных продуктов, можно сказать, сгорела. Придется теперь делать режим жесткой экономии. Но нас это пока почему-то не угнетало. Мы были веселы и полны сил продолжать наше путешествие.
На следующий день видимость была хорошая, даже солнце прорывалось меж облаков. Но общая температура сильно упала и дул пронизывающий северный ветер, как всегда у нас бывает после циклона – холодно, ясно и ветрено.
Наш дальнейший путь лежал в сторону горы Горелой 1471м. Она теперь была хорошо видна. Собрав изрядно потяжелевшую от мокрого снега палатку, мы двинулись вперед по хребту. Идти было легко. По хребту шла приличная тропа. Как позже я узнал – это путь ягодников (сборщиков брусники). И в других походах позже мы встречали там народ с трехведерными коробами за спиной. На Горелую я просто взлетел, почти бегом. Мне надо было быстро, пока не подошли остальные, сориентироваться, куда идти дальше. И еще торопился потому, что дул сильный холодный ветер, руки и лицо коченели. Люда вторая, или, как еще ее звали Люда большая, от долгого пути без остановок (во время остановок можно совсем закоченеть) сильно устала и начала хныкать и плакать. Я стал было ее успокаивать, а она, как маленький ребенок, которого пожалели, начала кричать еще громче, пока не закатилась в истерике. Я махнул в сердцах на это все рукой. Мне надо скорей определяться, куда идти, и не было времени и возможности долго успокаивать ее.
С вершины я пошел было дальше по хребту, но идти открытой безлесной тундрой уже и у меня не было сил. Мы промокли от снега, а ветер неумолимо делал свое дело – замораживал приплутавших путников.
Не дойдя немного до намеченного места, я начал резать склон и валиться вниз в ключ к спасительному лесу. Весь этот путь я твердил девчонкам, что когда мы дойдем до леса, то я разожгу костер до неба, и они согреются. Но через пять минут они снова спрашивали: «Какой будет костер?», и я снова и снова воздевал руки выше головы и твердил, что костер будет вот такой, до неба. Но через пять минут все повторялось вновь.
Дойдя до леса и найдя подходящую площадку, встали лагерем. Мы потеряли высоту, поэтому снега здесь было совсем мало. Я разжег обещанный костер и непрерывно кормил его дровами. Натаскал огромную кучу дров. Это действительно был костер до небес. Через полчаса мы не только согрелись, но и полностью высушили одежду на себе, даже не раздеваясь.
На ночь я сдвинул костер в сторону, а на этом месте сделал лежанку для спанья. Я тщательно смел все угли, даже часок подождал, чтоб немного остыла земля. Застелил лапником и накрыл остатком брезента, из которого шил бахилы. Брезента был большой кусок, поэтому мы им еще и накрылись сверху. Несмотря на довольно прохладную погоду, спать было жарко и некоторые коврики даже немного поплавились.
Из-за того, что мы раньше времени резанули в ключ, я не совсем понимал, где мы находимся. Но на тот момент я считал, что мы спустились в ключ Каменский и опасался, что ниже мы встретим водопадные скалы-непроходы.
Но, как говорится, всем дается путь по силам. И оказалось, что мы попали в ключ Угольный. Рельеф его не так сложен и нет таких обрывов. Когда мы пошли дальше, по карте у меня все никак не срасталось с притоками (понятное дело, ведь это был совсем другой ключ), но сильно я не переживал. По какому бы ключу мы не шли, рано или поздно он приведет нас к Милоградовке.
С продуктами началась напряженка, и мы плавно стали переходить на подножный корм. Собирали уже сушеные грибы-липовики. Но если жареные они вкусные, то вареные — не очень. А жарить у нас возможности не было. По пути попадались кедровые шишки, помаленьку их тоже щелкали. Пришлось потуже затянуть пояски.
Дойдя до водопада на Прямом (Угольном), заночевали. В темноте невдалеке от палатки кто-то ходил и рычал. Девчонки боялись, что это медведь, а я их успокаивал, что это простой изюбряк. Правда на следующий день рядом с ключом на песке обнаружились совсем не изюбриные следы, а настоящие медвежьи. Но пугать сотоварищей я не стал.
Продолжение следует…
«………………………………………………………………………………………………………………………………………………»
12 июня этого года, когда был день рождения клуба Траверс (нам исполнилось 7 лет), я написала в группу: «Детский сад закончился, пора идти в школу». Татьяну Николаевну это немного напугало. Если все, что мы ходили раньше, было «детским садом», то что же будет дальше?
Мы все не молодеем, еще и здоровье подорвано китайской заразой, и надо как-то было ухитриться и пенсионеров с больными не угробить, и в то же время выдумать что-то новое, но с более высокой планкой, чем раньше.
Чаще всего мы ходим на 2-3 дня. Самые длительные «автономки» — от заброски до выброски у нас были 4-5 дней (на Красных горах, на Озерном плато, на Камчатском Плоском Толбачике). Гришу я в расчет не беру, имеются в виду клубные траверсные походы. Он-то ходил, когда еще мамонты бегали, по сколько хочешь дней и особо не парился.
Здесь мы задумали поход на 9 дней. Почти в 2 раза дольше, чем раньше. Не слишком ли мы замахнулись? Я говорю Грише: «Ты же ходил с ребятами, скажи, как будет выглядеть гора продуктов на 9 дней». А он мне: « А у нас на третий день половина продуктов сгорела по неосторожности, и потом мы еще 3 дня на грибах перебивались».
Ну, так дело не пойдет. Сжигать мы ничего не будем. Но возникла идея поменять направление маршрута кардинально наоборот. Идти с Милоградовки на Сестру. На реке основательно посмотреть все водопады (по имеющимся у нас сведениям насчитали 11 штук), хорошо отдохнуть. С небольшими переходами подъесть за 5 дней половину еды, размяться-расходиться, и потом начать 4х дневную горную часть маршрута уже с облегченными рюкзаками и расхожеными ногами.
На всех водопадах Милоградовки не был ни один из нас, даже аксакал Гриша, ходивший, когда мы еще не родились. Пришлось сведения о них выуживать из разных источников. Отличным подспорьем стала книга Владимира Давыдова «Путешествие к водопадам Приморья», и еще в частном порядке мы с ним проконсультировались о некоторых деталях. Но чем больше открывалось данных от разных людей (мы также пообщались с опытными туристами Олегом Евстифеевым, Андреем Рахимовичем Хуснутдиновым), тем больше мы запутывались. Ведь каждый видит и помнит по-своему, все ходили без навигатора, четких точек координат ни у одного из них нет. А на карте отмечено всего 4 основных водопада. И поняли, что надо идти самим разбираться.
Поделили по дням все водопады, чтоб если налегке, то подальше походить, если с рюкзаком, то поближе вдоль ключа посмотреть. И чтоб отдохнуть, покупаться, пофотографировать время было, а не только бегом-бегом, добежал, дотронулся до бортика и назад, как спортсмен. Милоградовка не та река, вдоль которой стоит устраивать забеги.
30-40 лет назад чтобы выпустить на такой маршрут, сто раз все проверялось опытными инструкторами турклубов. Гриша говорил, что даже считали количество сахара в раскладке, чтоб, ни дай бог, голодными не остались. И потом отчеты, маршрутные листы требовали.
25 лет назад началась перестройка и лихие 90е, турклубы уже развалились, он сам придумал маршрут и пошел просто так по карте «двушке». Никаких нацпарков здесь еще не было и в помине.
А сейчас Нацпарк Зов Тигра отхватил самый лакомый кусочек, где расположены все более менее высокие и красивые гольцовые горы Южного приморья. И за нахождение на своей территории берет неслабые денюжки. В тех же Ергаках или на Камчатке один раз платишь за вход в Нацпарк 200-300 рублей и ходи там хоть несколько месяцев. А у нас, если платить за 9 дней, это шибко кучеряво выходит (100 руб за сутки пребывания с каждого, 780 руб за одну ночевку за 5 человек, а у нас 2 группы по 5 человек, + за транспорт 420 руб). 22,5 тысячи насчитала. Спрашивается за что? За две стоянки с дровами? И несколько табличек?
Пришлось немного слукавить. Мы оформились официально через дирекцию Нацпарка в Лазо на 4 дня, 3 ночевки. Именно эти 3 ночевки у нас будут на оборудованных стоянках. Заедем через кордон Милоградовский.
Потом «по легенде» через четыре дня мы уходим через падь Солнечную. А на самом деле продвигаемся вглубь, в дебри, где уже нет официальных стоянок, и потом уходим по хребтам на Горелую и на Сестру.
Собрались в поход все те же, кто планировали пойти на Ергаки – десять человек. Только один мужчина Андрей сменился на другого — Сергея.
Перед походом участники встретились в спортклубе Портовик. Мы с Гришей обьяснили всё по маршруту, уточнили, что нужно не забыть (сапоги, плащи, вкладыши в рюкзак, фонарики и другие вроде бы мелочи). Я раздала разноцветные пакеты с бирками (2 день завтрак, 3 день обед, 6 день ужин и т.д.) и списки, чем их должны наполнить дежурные, кто в какой день дежурит и что готовит. Тамара, Татьяна, Галя, Аня смотрели на эти списки округлившимися глазами и ничего не понимали. Всё разъяснили, успокоили. Я-то эти списки с небольшими вариациями веду со второй Кемы с 2014 года, а в этом году будет уже шестая, плюс еще два раза была Ко (это все 8-10 дневные походы). Так что старожилам все понятно. Очень удобно, не шарить в поисках потерявшихся продуктов, особенно к 8-9 дню, когда они уже могут и раствориться в недрах рюкзака, а достать запакованный подписанный пакет в нужный день и не париться.
И вот в последний вечер одна из участниц Тамара, за которую было больше всех переживаний, т.к. она с нами почти не ходила, в 22.00, когда уже все рюкзаки стоят собранные у порога и будильник заведен на 4.30 утра, сообщает, что у нее заболел муж, предположительно ковид-19. Она соответственно контактная. Гриша однозначно ответил ей оставаться дома (памятуя, как сам сидел на карантине целый месяц). И хорошо, ведь позже диагноз подтвердился. Так нас осталось девять. Переделывать пищевую раскладку я уже не стала, только пересчитала по деньгам транспорт. Тамара передала свои собранные пакеты с едой, у всех было все рассчитано тоже на 10 человек, и мы каждый день потом в походе кричали: «Тамара, твоя пайка!» Вот ей, наверное, икалось.
1 день. 17 июля.
Выехали на 2х такси в 6.00 до Лазо.
У меня день не задался с самого утра. Сначала я вспомнила, что оставила все документы – разрешения от Нацпарка, копии паспортов, раскладки по дням в файликах дома на столе. Пришлось просить таксиста немного вернуться. Хорошо недалеко уехали.
Потом на остановке в Сергеевке я умудрилась уронить телефон в общественную уборную. Хорошо он шлепнулся не в жижу, а на засохшую кучу с бумажками и я его ювелирно вытащила с помощью 2х подручных досок. Он практически и не запачкался. Но понервничать все же пришлось.
Но мы же едем в поход! Ничего не может испортить мне приподнятого настроения. Ведь я не ходила аж с февраля месяца, а на дворе конец июля, просто уже ломка началась. Я решаю для себя: «Пусть вся хрень, которая если нам предназначена на 9 дней, лучше случится сразу, сегодня, чтоб дальше все было хорошо». Вроде бы как я принимаю «огонь на себя».
В Лазо оформили пропуска, пересели на заброску – два внедорожных микроавтобуса Делика. И поехали до кордона Милоградовского через Лиственное. Заехали на Кислый ключ. Вода там так себе – почти не кислая, и совсем не газированная. И уже какие-то разгильдяи успели утащить табличку (неделю назад еще стояла).
Женьшень
На кордоне нам показали настоящие кустики женьшеня (пересаженные 3х и 5 летки из тайги). После кордона дорога стала совсем «хорошая». Большегрузы (ГАЗы и Уралы) туда уже давно не пропускают, но и проходимым микрикам приходится тяжело форсировать глубокие кривые жидкоглиняные колеи. Это еще сейчас дождя долго не было, большие лужи подсохли.
Доехали до своей любимой стоянки. Теперь на ней висит табличка №5. Мы думали, эта стоянка и называется Розовые пороги. Оказывается в народе это Белые пороги, а Розовые дальше. Но мы сюда и рулили. Ура! Выгружаемся. Дорога заняла 8 часов.
Водители нашей заброски, загружая и выгружая объемные тяжелые рюкзаки, видимо что-то заподозрили, возможно, даже и поняли, что мы не совсем на 4 дня, как написано в пропуске. Даже пытались у наших во второй машине выведать, но траверсанты стойко держались, как партизаны под пытками: «Мы ничего не знаем, у нас Григорий руководитель, куда он поведет, туда и пойдем»
А девчонки впервые увидели Милоградовку. Вот уж она оправдывает свое поэтичное название. Очень красивая река, отличающаяся от многих других. В ней необычайно прозрачная зеленая вода, текущая не просто по каменистому руслу из отдельных камушков, как мы привыкли, а по сплошным огромным разноцветным плитам. Можно сказать, что она прорезала свой путь в гранитном каньоне, но не разбила его на мелкие кусочки, а вымыла желоба в сплошной породе. В солнечный день это все смотрится просто восхитительно. А именно такой денек нам достался. Воздух вокруг настолько насыщен запахом цветущей липы, что, кажется, его можно не нюхать, а есть, как мед. Гигантские липы стоят сплошь белые от обилия цветов. И еще в этом году, видимо, будет урожай шишки. На кедрах тоже видно очень много шишек и второго, и первого года.
Засидевшиеся и запарившиеся за дорогу, мы наскоро перекусили и сразу пошли купаться. Вода на удивление теплая, даже теплее, чем в море. Не нужно к ней привыкать, просто заходишь и плаваешь.
Правда Галя на радостях решила проплыть вниз по течению подальше. Как она сказала: «Я до вон того камушка доплыву и поверну к берегу». Мы ей кричим: «Нельзя!», но уже поздно. Это все же не тихая река, как наш Сучан в нижнем течении. Милоградовка — горная речка. Буквально через 2 метра после манящей зеленой заводи было уже сужение русла, а соответственно и ускорение течения, а дальше порог. Поэтому повернуть так просто, доплыв до камушка, не получилось. Бурное течение начало засасывать ее в порог, она чудом уцепилась за скользкие камни, кричала. Сергей среагировал по-военному быстро. Пулей прилетел с поляны и помог ей выбраться на берег. Слава Богу, обошлось. Но вот таких неприятностей точно можно избежать, если не лезть на рожон без повода, пугая всю группу.
Потом все перешли на другой берег и долго гуляли по красивым горячим розовым плитам босиком, загорали, плавали в заводи ниже порога. Мы с Гришей даже занырнули вместе с камерой Гоупро. Просто кайф.
Но мужчины и тут не могли спокойно сидеть отдыхать, а начали кидать дрова (здоровые бревна) с этого берега на сторону лагеря. Не всякие «птицы» долетали до «середины Днепра» — не все бревна удавалось перекинуть, некоторые сплавом через порог приплывали к нам в заводь, крутились, мы их там вылавливали и снова пробовали перебросить, как снаряды. Было весело.
Сегодня у нас по плану еще водопад Дивный и видовая скала.
Пошли до Дивного по реке по левому берегу. Посмотрели на барельеф В.К.Арсеньева, прикрепленный к скале в честь 100 летнего юбилея. Размер барельефа очень маленький, чуть больше фотографии в паспорте. Неутомимый исследователь и любитель природы Владимир Клавдиевич с него теперь вечно наблюдает разноцветные пороги Милоградовки. Их назвали «хамелеон», потому что в этом месте они не розовые, не голубые, не желтые, а всякие разнопегие.
Рядом с дорогой работники нацпарка установили подряд две новые таблички: «пороги ХАМЕЛЕОН» и «барельеф АРСЕНЬЕВА». Причем первое слово в обеих табличках написано мелковато и бледновато, а второе очень ярко и крупно. Поэтому туристы с дороги, особенно если едут быстро на машине, не успевают разглядеть и часто читают «ХАМЕЛЕОН АРСЕНЬЕВА». И спрашивают: «А что это за хамелеон, новый вид такой что-ли?»
Потом по скальному прижиму вышли на красивый порожек-миниводопад. Гриша шутит (в основном для Гали, которая всему верит) – вот это и есть Дивный! «Ну, удивил, батенька, удивил!» И это из-за него столько разговоров, что такой красивый водопад?
Но, конечно же, Галя только делает вид, что поверила. Шум Дивного уже слышен дальше. Это даже не шум, а рокот и грохот. Этот водопад удивителен не столько своей красотой и высотой, сколько бешеным напором воды в узком ущелье. Он считается самым большим по дебету воды среди водопадов Приморья. Хотя по высоте довольно невелик.
Когда мы подошли к водопаду, здесь уже было много народу и все подходили и подходили новые. Для фото слишком многолюдно. Да и водопад уже темноват в вечернем свете.
Незнакомые парни ныряют с края высокой скалы прямо в заводь под водопадом. Гриша расхрабрился, говорит: «Я тоже прыгну!». А потом рассказывает: «Когда подошел к краю и заглянул вниз, стало жутко-страшо, но не мог же я повернуть назад при всем честном народе, коли обещал. Уже стало все равно, намокнут ли часы, теперь они уже совсем не нужны. Уже больше ничего не нужно… Совсем…» Прыгнул солдатиком, только кепка в одну сторону, накидка в другую. И тишина… Буль-буль, ф-ф-фух, выныривает! Выловил свои принадлежности, довольный вылез на берег.
Потом еще Танюшка прыгнула два раза, но ей то это дело привычное, она у нас со скалы Пржевальского скачет с Droop roupерами на тарзанке. Потом мелкие мальчишки тоже прыгали. Короче, всем было не до водопада.
Устав от шума и гама, мы пошли через поляны выходить на дорогу. А на стоянках – куча джипов, здоровый автобус, очень много разношерстного народу. Хорошо, что наша стояночка маленькая, мы одни ее заняли и больше некому приткнуться.
По дороге поднялись до видовой площадки на скалу. Там сделан деревянный помост, огорожен леерной веревкой и еще забетонирован парапет, чтобы камни не сыпались. Все для безопасности любителей селфи на обрывах. Мы пофотографировали урочище Чертов Мост сверху. Говорят, что раньше в месте водопада была каменная перемычка, как мост, потом она разрушилась. Из-за нее так и назвали это место.
Жарко. Дурманит запах липы. Бежим обратно в лагерь, чтоб еще покупаться. Но по пути решаем, что сразу сегодня сходим и на Розовые пороги, чтоб завтра с полными рюкзаками там не лазить.
До Розовых порогов два брода, обходящие скалу-прижим. Переходим их босиком. На броде на косе стоит компания с палаткой и джипом. На Розовых порогах стоянка тоже занята.
Девчонки взяли купальники. Здесь уж они оторвались, наплавались в тихих больших заводях. Солнце уже ушло за край ущелья, но и без яркого света очень красиво смотрятся гладкие обкатанные розовые плиты с желобами, выточенными водой.
Вода здесь прямо зеленого цвета, но настолько прозрачная, что на дне видно каждый камушек. На камнях растут горноколосники. Вечереет, темнеет, но окружающая температура комфортна, как бывает только летом. Нет ни мошки, ни комаров, несмотря на то, что ветра тоже нет. Мы попали в рай.
Когда возвращались на дорогу через поляну, познакомились со стоящими там туристами. Это две разных группы. Одна кампания из Кавалерово. Из другой группы мужчина, очень серьезный, объявил: « У нас экспедиция!» На их микроавтобусе написано Новосибирск, и еще что-то мелкими буквами. Я сначала подумала геологи что-ли или ученые какие-то. Потом он, выпятив грудь (а получилось и живот), добавил: «Мы на пленэре». Вот те раз, это уже что-то не из науки, а из искусства. И правда, они оказались художниками. Дяденька гордо показал свою картину Розовых порогов, которая сохла у дерева, и сказал, что писал ее шесть часов. Но видимо мы совсем тупенькие в живописи, никто не понял, что там столько времени рисовать. А может, просто темно было, да и картина стояла на боку.
Вернулись в свой лагерь. Мы с Гришей сегодня дежурные, варим борщ. Мало мне сегодня было приключений со знаком минус, так еще, открывая пакет со свеклой, я отхватила себе мякоть указательного пальца свеженаточенным гришиным ножом. Наверное, чтоб слишком много не указывала. Учту. Ну, надеюсь, гномики на сегодня нашалились, уже хватит. Нам все нипочем, мы в походе!
Борщ получился вкусный, а к нему малосольные огурчики, майонез и кедровая настойка на орешках от «главного по напиткам» Леши. Отметили отличное начало похода.
Когда стемнело, над стенами нашего гигантского ущелья засветились звезды. Мы долго лежали на теплых, прогревшихся за день, плитах. Наблюдали летящие спутники, созвездия, рассказывали разные истории. Потом разошлись спать.
Первую ночь, как обычно, из-за волнений, долгой дороги, а может из-за жары не спалось. Но даже просто лежать, слушать шум реки, и предвкушать, какое приключение нас ожидает дальше, и без сна приятно.
2 день. 18 июля.
Сегодня по плану до обеда водопад Разбойник, а после обеда переход на стоянку в районе ключа Терпового (там, где впадает дорога с пади Солнечной).
Дежурные Анна Дмитриевна и отсутствующая Тамара.
Аня очень переживала, как же она будет дежурить одна. Гриша сказал вставать дежурным в 6.00, остальным в 6.30. В итоге он сам подскочил в 5.05. Я ему кричу вдогонку: «Что ты будешь целый час делать?» Он все мимо ушей, и помчался рубить дрова, разжигать костер, ставить котлы. Потом сказал: «Я ничего не слышал, я думал, что уже шесть часов»
В это время уже светает, хотя полное солнце в наш глубокий распадок-каньон попадет не скоро. Народ сам, без напоминаний встает. К тому времени, когда в 6.00 встала дежурная Аня, Гриша уже сварил и каши, и чай. Мы по-быстрому накрыли стол, позавтракали. И в 7.00 уже вышли на водопад Разбойник.
Вернулись назад по дороге до развилки с новой табличкой. Раньше на старом деревянном указателе была приписка от руки «Фиг найдешь». И когда-то давно в 2011 году наши с Рахимычем действительно промахнулись и немного там поблудили.
Сейчас тропа натоптана просто конская. Заблудиться трудно. Поворот на ключ Большой Разбойник справа от дороги. Лес по тропе красивый, но пока еще темный. Добежали до взгорка, забрались на хребет и крутовато вниз и влево, обходя водопад сверху. Перешли ключ по бревну и по другому берегу подошли к водопаду. Спуск к нему снова крутоват, привязана веревка, которая будет очень актуальна, когда склон будет скользкий, во время дождя, например. Но сейчас хорошо. Сухо. Если аккуратно, то можно веревкой и не пользоваться.
Вот он Соловей-Разбойник, красавчик! Все спрашивают, почему он так называется. Коммерческие туроператоры, как обычно, придумывают легенды, что здесь жил настоящий Соловей Разбойник. Или еще есть версия, что ключ, петляя, разбивает скалы, поэтому и Разбойник. Водопад действительно красив, но снова темноват. Я снимала его на длинных и коротких выдержках, получаются как будто разные водопады. Аня, пока все еще только настраивают объективы, уже купается в чаше и делает свои йоговские асаны.
Потом все перешли ключ вброд на тот берег и по другому склону поднялись на хребет. Вернулись на тропу, сократив путь. Еще только 9.00, а мы уже сделали план на полдня. Ладно, сделаем вторую попытку на Дивном. Может, утром там будет не так многолюдно, как вчера. На полянах большинство отдыхающих еще спят. Но на водопаде уже вездесущие мальчишки тягают удочкой форель одну за другой.
У Гриши загорелись глаза. Он уже забыл, что расписался в трех журналах при получении пропуска в Нацпарк, что не будет жечь костры и ловить рыбу. «Надо срочно копать червей!». Какой водопад, тут рыбалка пропадает.
По пути на свою стоянку еще зашли на другую видовую скалу с тундрочкой, полюбовались на ущелье сверху в рассветных лучах солнца. В 10.30 были уже «дома». Есть время еще покупаться, спокойно собраться, пообедать и будем выдвигаться в путь.
С червями пока облом. Земля настолько сухая, что черви ушли на дальний кордон. Даже возле туалета они не живут. Но здесь нам пока и некогда рыбалить.
Со стоянки на Дивном мимо нас по дороге весело шагает группа, в основном, девчонок, с симпатичной активной «пышечкой» во главе. Они еще вчера вечером у нас спрашивали, как пройти на Жало Змеи. Так вышли на 5 минут размяться. А до него…. от нас до Терпового не меньше 5 км и потом от Терпового 8,3 км, плюс к этому не меньше шести бродов.
Мы их спрашиваем: «Что, опять на Жало? Сегодня пораньше вышли, молодцы» Они говорят: «Нет, наши на Жало ушли в 9.00 утра, а мы здесь поближе». Пожелали им удачи.
Начинаем примериваться к тяжелым рюкзакам. Мы с Гришей разгрузились от «речного» дежурства, но забрали пакеты у Татьяны Николаевны и Анны Дмитриевны, плюс у Гриши еще Тамарин пакет. Так что легче они не стали. Здесь расчет на то, что с тяжелым рюкзаком ходить придется недолго и по ровному, а когда попрем в гору, то половину еды уже съедим.
Надели сапоги-болотники. Идти броды в тапочках с рюкзаком не вариант, ноги не казенные, переобуваться на каждом броде тоже (8х2=16 раз), мочить ботинки в первый же день – отпадает. Поэтому сразу решили так. В полной экипировке выдвигаемся.
Мимо Розовых порогов прошли транзитом. Художников не видно на поляне, видимо «на пленэре». Через километр показалась табличка «Голубые пороги».
Там тоже тусуется народ. В сапогах очень удобно перескочили несколько проток, погуляли по серо-синим камням-плитам. А вода такая же зеленая. Красиво. Я снимала на Гоупро видео с пузырьками прямо в пороге.
Идем дальше. По дороге по лесу идти хорошо. Броды проскакиваем не задерживаясь. Они всегда двойные перед каким-нибудь прижимом. Идем по правому берегу, потом переходим на левый и через короткое время снова возвращаемся на правый.
В месте третьей пары бродов Гриша не заметил веревку на правом берегу, перешел речку налево. А вот обратного брода никак не находится, сильное течение, скользкие камни или глубина выше болотников. Перелезли несколько буреломов и перешли с помощью друг друга в более-менее широком месте. Так и не поняли, где здесь проезжают машины, а они вроде как-то проезжают.
Ближе к стоянке на Терповом начали встречаться таблички возле деревьев с русским и латинским названием. Они были сделаны давно, еще когда только образовался Нацпарк. Причем клен бородчатый обозван кленом зеленокорым. Гришу это просто возмутило. Как так, столько лет стоит неправильная табличка и все люди верят.
Идет навстречу та самая группа девчонок, с кодовым названием «Жало Змеи». Они уже возвращаются. Мы так и не поняли, куда же они сходили, но сагитировали их за свой клуб Траверс, дали визитку. Они оказались из Владивостока. Глядя как они бодро в сланцах ринулись в брод, мы их даже зауважали. Ведь они в них же и по лесу топали, это просто жесть.
У последнего брода Милоградовки перед стоянкой Центральной (Терповой) встретили пару джиперов. Они сказали, что базировались на нижней стоянке, и планируют сегодня съездить до Дивного и вернуться. Да-да, подумали мы, это как девчонки до Жала Змеи за полчаса до заката собирались прогуляться. Там такая дорога, дай бог туда проехать, а обратно уже и не захочется возвращаться. А верхняя стоянка, они сказали, свободна.
Мы сразу двинули на нее. Красиво, чисто. Большой навес со столом и лавками, подобие душа, много дров в дровянике. Туалет хоть и без двери, зато с туалетной бумагой. Не зря платили 780 рублей, почти как в гостинице. Домика раньше здесь не было, сейчас стоит, но нам он и не нужен. Мест под палатки достаточно. Душевный вид на Милоградовку с «балкона», а к реке спуск по эксклюзивной деревянной лестнице из 2х бревен с перекладинами.
Вот тот самый овраг, про который Гриша рассказывал, как «братья-алкоголики» ночью в него постоянно падали. Он даже правдоподобно сымитировал, как это происходило, чем здорово насмешил меня. Именно здесь и происходило заключительное действо в конце Сестринско-Милоградовского похода 25 лет назад. Сколько раз я слышала эту историю и наконец-то попала на это место вживую. Это почти как увидеть живого динозавра.
«………………………………………………………………………………………………………………………………………………»
Григорий Воронков
Все уже сильно утомились за 5 дней пути, поэтому устроили дневку. Народ отдыхал на водопаде (Каменная Сказка), а я пошел налегке на разведку, искать иголку в стоге сена, то бишь своих товарищей рыбаков-охотников. Без рюкзака я довольно быстро дошел до лесной дороги, которая была указана на карте. С ориентировкой стало лучше, дальше шел, придерживаясь дороги. И вот впервые за несколько дней на одном из бродов увидел живых людей. Они, сгорбившись, лениво вразвалочку шли по камням, а за спиной у них мотылялись пустые мешки. Подойдя поближе, я узнал своих товарищей.
Они уже давно забыли о моем намерении прийти к ним, и поэтому были сильно удивлены моему появлению из дремучего леса. Один из них в шоке уронил пустой мешок с плеча, осмотрел меня, как будто увидел призрак наяву и спросил: «А что у тебя с руками?» А руки за неделю в лесу у меня действительно стали чудными. Во время циклона я столько рубил дров на костер, что топор уже выпадал у меня из рук, а от постоянной копоти и сажи они стали полностью черными, как сапожный крем. Они, может быть, подумали, что у меня гангрена? А я потом после похода еще неделю не мог их отмыть и ходил, засунув руки в карманы.
Ребята повели к себе в лагерь. Они были в болотниках и спокойно перешли реку вброд, а я разулся и перешел босиком. На той стороне уже в лагере, один из других рыбаков спросил, почему я босой. Я пошутил, что обувь давно порвалась, вот и хожу так. Он даже не удивился, так как мой общий вид (закопченный, небритый, с черными руками) вполне подходил к босым ногам. Мою шутку он воспринял серьезно и потом позже всем в городе рассказывал, что я хожу зимой босиком по лесу и по снегу.
Народ в лагере был скучный. Меньше чем за неделю они выпили весь спирт, заготовленный на весь поход, и теперь ходили с больными головами. Я попросил: «Дайте хлебушка». Они небрежно махнули на стол, где громоздилось множество съестных продуктов. Мол, что хочешь, то и бери. Я подошел к столу, глаза разбежались… Спрашиваю: «А маслица можно?» Они мне: «Да ты сядь, поешь борща» (у них был штатный повар). А я говорю: «Там народ с голоду помирает, а я тут буду борщи лопать, я так не могу…» Прижал к груди буханку хлеба, кусок масла, что-то еще, что поместилось в охапку, и убежал со словами: «Завтра придем, ждите…»
На следующий день мы пришли в полдень. В лагере только начинала налаживаться таежная жизнь. Предыдущие 5 дней прошли, как в тумане. У них было все точно рассчитано. Два ящика спирта по 20 бутылок на 10 дней. В день по 2 бутылки (в пересчете на водку 2,5 литра). Это они так считали. Но ни о какой рыбалке, охоте, а тем более шишковании не было и речи, пока они за пять дней не выпили весь запас спирта.
Посередине лагеря был овражек. В нем очень удобно шелушить кедровые шишки. На край овражка была уложена панцирная сетка от старой кровати, на которой нужно было сеять орехи. Но на сетку не упала еще ни единая шишка, зато парни регулярно падали в овраг в состоянии постоянного подшофе, особенно по вечерам в темноте.
Радушные хозяева первым делом усадили нас за стол кормить. Они приехали на трехтонном грузовике полном разной еды. Юра в городе работал поваром и здесь баловал ребят разносолами. И еще в этот день они убили наконец кабанчика и сварили шурпу и еще нажарили мяса. Мы как сели есть, так уплели по две порции первого, по две второго и третьего. За один присест съели две буханки хлеба. Я, наяривая ложкой, рассказывал о наших походных приключениях. А Ромка молча работал челюстями и ложкой, поглощая одну порцию за другой. У охотников от нашего вида разве что слезы не текли из глаз, они смотрели на нас, как завороженные. А один подошел ко мне и тихонько спросил. «А что, ваш парень немой, он все молчит?» Я говорю: «Он не немой, он просто голодный»
Девушки наши были молодые, симпатичные. Парни вились вокруг, не зная, как их еще ублажить. Юра повар, которому очень понравилась Люда большая, спрашивает: «Может вам грибного супчика сварить?». Тут мы, не сговариваясь, все хором как закричим: «НЕТ!!!!» Даже у «немого» голос прорезался. Ведь мы уже три дня только одними грибами питались.
Продолжение следует…
«………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….»
Место стоянки на Терповом и вправду отличное. И мы за 3 часа дороги не особенно устали. Здесь у нас будет две ночевки. Сегодня на ужин сайровый суп, но пока можно обустроиться.
Мы с Гришей замечаем подозрительные раскопы рядом с ручьем и оврагом, как будто тут копали червей. Вот они где притаились. Да здесь этих червей просто рассадник! Всё, глаза снова горят, уже ничего не надо, срочно вязать удочки и бежать на реку.
— А как же роспись в пропуске? Оштрафуют?
— Да кому мы тут нужны?
Раз заброс, два заброс, три… И из полуприседа, и из-за камушка. Ни-че-го. Ни одной поклевки. Я прошла чуть повыше. Там под скалой просто шикарнейшая яма. По виду рыба должна в ней просто кишить и хватать за голый крючок. И что же? Стоим, зеваем. «Крокодил не ловится, не растет кокос». Что за чудеса? В Милоградовке исчезла рыба. Больше часа пробегали, ну даже не клюнул ни один гольян. Потом отдали с горя удочку Сергею, он выхватил одну средненькую форелину. Что-то рыбацкая удача нам с Гришей сегодня изменила. Но там, наверху, всё знают – когда, кому и что давать. Просто сегодня было не время.
Дежурные сварили вкусный суп, заодно разгрузили свои спины (ушел очередной пакет из рюкзака). Вместо чая заварили цветы лабазника, очень ароматные.
Наши йоги Анна Дмитриевна и Таня Монастыршина нашли это место очень удобным для занятий — и красиво, и ровно. И удивляли нас своими необычными способностями – стоянию на руках, на голове и завязыванию тела в разного рода узлы.
Мне все больше нравится такой режим похода – 1/3 времени нагрузка, но несильная и недлинная, а остальное время отдых. Как раз для реабилитации после ковида.
Вечер теплый. Так приятно сидеть в компании лучших друзей-туристов у костра, болтать ногами, болтать обо всем, душа просто поет и по-настоящему отдыхает. У Сергея всегда припасено несколько интересных историй и анекдотов, у Гали — целая россыпь природных и психологических загадок с заковыркой, а если Гриша начнет рассказывать про книги Федосеева или про свои давние походы, так вообще заслушаешься. Например про тот самый поход 25 лет назад.
«………………………………………………………………………………………………………………………………………………»
Григорий Воронков
За те три дня, проведенные у охотников, мы ничего по хозяйству не делали. Не варили, не готовили дрова, даже посуду за собой не мыли — все делали добрые товарищи. Поднимались мы часиков в девять, плотно завтракали и потом я с Людой маленькой и Ромой бежали то на водопад Ветвистый, то на Дивный и Разбойник – короче осматривали местные достопримечательности. Бегали до самой темноты. Однажды, возвращаясь в лагерь уже в сумерках, Люда говорит: «Там медведь на тропе». Я — по тормозам, даже стало страшновато. Потихоньку прошел вперед, присмотрелся, а это елка так растопырилась посередине. Тьфу ты. «Лучше,- говорю — молчи».
А Люда большая оставалась в лагере и не отходила от повара Юры. Все что-то ворковала с ним. Не знаю кто, предложил: «А давайте их поженим». И вечером устроили венчание.
Толик нарядился попом, ходил с кадилом и заунывно пел. Я был человек ответственный, можно сказать «отец невесты». Поэтому «жених» Юра пришел с поклоном ко мне просить руки и сердца Люды. А я что, я ничего, пусть берет, если они любят друг друга, но обязательно надо выкуп. Зная запасливость повара (он же завхоз), я назначил в качестве выкупа бутылку спирта. Жених оказался жмот. Говорит: «Нету спирта, закончился». Мы посовещались между собой: «Ну не может быть, чтоб у него не было заначки». Поэтому торговались долго и упорно, победила любовь. У жмода нашлась бутылка. Венчание сделали по высшему разряду. Я падал на землю, катался от колик, у меня аж живот сводило от смеха. Было очень весело.
Три дня пролетели, как одно мгновение. Мы попрощались с гостеприимными друзьями и пошли через перевал домой. Это, хоть и по дороге, но все же 25 км до трассы. Преодолевая то грязь, то броды, то вверх, то вниз, доковыляли до места, где хотели заночевать, а с утра уже выходить на трассу. А на этом месте воды то и нет. Ни в ключах, ни в речке – все сухо. Пошли дальше, прошли поселок Сокольчи до моста через реку Черная. Мост длиной в 100 метров, а под ним вместо реки сухое русло и завалы из бревен высотой по полтора-два метра. Я по карте высматриваю еще речки, идем туда – такая же картина. Уже темнеет, пить охота невозможно. Народ от жажды подскуливает. А я, как заполошенный, бегаю по округе.
Нашел небольшое озерцо, подбежал, с него с шумом взлетела большая стая уток. А вода в озере застойная, вонючая, аж черная. Такая нам не пойдет. Вернулся, а народ уже лежит вповалку. Ведь мы уже прошли лишних 10 км только в поисках воды. Никогда не думал, что в Приморье, когда на верхах лежит снег, уже пройдено тысяча бродов, в низовьях рек можно умирать от жажды. Ведь этими реками все испещрено на карте, а оказывается, тут вода дренажирует через осадочные породы и к осени уходит на глубину. Последняя попытка – идем выше, к слиянию ключей. Наконец-то нашли воду. Она течет тонким слоем по покрытым зелеными водорослями камням, но она проточная, живая, а не как в том озере с утками.
Я снова сделал пожиг для ночлега. Но костер был маленький и мне места не хватило. Я уложил всех, а сам лег на бревно у костра, сил больше не было ничего делать, так устал, бегая в поисках воды.
Продолжение следует…
«…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….»
Уже стемнело, Гриша в палатке крутится, никак не может заснуть. Ему все кажется, что сейчас придет та группа (друзья «Жала Змеи»), которая вышла в 9.00 на Жало, но мимо нас так и не проходила, не возвращалась. Гриша, наверное, представлял, что как его тогда на этой поляне охотники обогрели, накормили, напоили чаем, так и он сейчас обогреет припоздавшую группу. Но как-то мы с ними разминулись.
3 день. 19 июля.
Сегодня радиалка налегке на водопады на ключе Прямом (Каменная Сказка) и на Ветвистом.
Дежурят Леша с Таней, а значит, Грише можно денек отдохнуть от костра. Леша уже ни свет, ни заря стучит топором. Быстро позавтракали, собрались.
Сегодня мы решили перейти в болотниках только основной брод через Милоградовку и потом их оставить в лесу. Дальше один-два брода через Ветвистый как-нибудь перескочим, разувшись. Это не восемь бродов подряд под рюкзаком.
Перешли на ту сторону, на дорогу. Раньше, говорит Гриша, здесь был поселок геологов и отсюда через ключ Длинный шла дорога до Нижнего. Некоторые парни бегали по вечерам на дискотеку в поселок Нижний (под Снежной) 25 км, а утром обратно. Это ему рассказывала одна женщина-старожил этих мест. Уже когда они ходили 25 лет назад, от поселка остались одни развалины, сам рудник закрыли в 1972 году, теперь и от развалин не осталось и следа.
Есть только большая поляна, похожая на лесорубную, с горой почерневших пеньков, тут же небольшой стол, туалет – старая стоянка. Здесь мы переобулись в кроссовки и полетели по дороге ходом. До зимовья «У Лесика» 4 км доскакали за 1 час 15 минут.
Этот охотник Виктор Лесик жил здесь, когда еще Нацпарка не существовало. После его организации, охотника устроили егерем и он проработал здесь 11 последних лет, только в прошлом году ушел на пенсию по здоровью. Зимовье большое, добротное. Видно, что его строили на века и хорошо ухаживали. Тут же лабаз на высоких бревнах-ногах, огромная собачья будка (как будто для нескольких собак, но с одним маленьким входом), дровянник, туалет. Недалеко к дереву прикручена шелушилка для кедрового ореха.
От поляны два указателя — прямо на вдп. Прямой 2,5км и направо на вдп.Ветвистый 7 км.
Сначала идем на Сказку. Где-то там была дневка у Люды первой, Люды второй и Ромы, пока Гриша бегал на разведку к своим друзьям-охотникам.
Спустились вниз к реке в каньон, перешли речку вброд босиком. Стена каньона напоминает берег реки Быстрой на севере Камчатки, по которой мы сплавлялись в прошлом году – такая же высокая, слоистая.
Как раз здесь сливаются ключ Прямой и Длинный, а значит это и есть начало Милоградовки. Мы идем по Прямому. На разных картах он обозначен также как Чернокаменка, а Гриша всегда звал его Угольным (такое название тоже есть на одной из старых карт). Тропа свежепротоптанная и свежепромеченная синим скотчем. Это инспектор Миша Борисенко провел здесь неделю назад 17 человек из группы Женьки Сусанина из Владивостока. Тропа со слов Гриши была и раньше, просто теперь ее конкретно освежили.
Довольно скоро (еще через час) дошли до развилки. Влево к реке спуск на первый водопад, прямо – продолжение тропы.
Спустились к водопаду. Как обычно, темно для хороших снимков, но для того, чтоб в первый раз посмотреть что-то новое вполне хватает.
Две струи в тесном каменном желобе, ступенями друг за другом падают в большую чашу. Основная порода каменной трубы розового цвета, такая же, как Розовые пороги Милоградовки. Почему же ключ Угольный. И в чаше и на берегу, совсем не скрываясь, обнаружилась разгадка этого названия. Черные плоские «камешки» на фоне розовой породы хорошо выделяются, но это совсем не камни. Они легкие, как пенопласт и рисуют на розовых камнях, как головешки. Это настоящий уголь. Сергей понабирал образцов, чтоб вечером в костре поэкспериментировать, как они будут гореть.
Погуляли, пофотографировали с полчаса.
Сначала думали не ходить на второй водопад, ведь еще на Ветвистый идти в 2 раза дольше, но времени всего 10.00 утра, успеем всё, пошли. На фотографии Володи Давыдова второй водопад на Прямом довольно скромный – пара невысоких порожков. Мы пошли проверить и не пожалели.
Он оказался в 20 минутах ходьбы, через 500 метров от Каменной сказки (тропа идет то по лесу, то спускается к ключу). Причем посередине пути внизу на ключе заметили выход с правого берега почти непроточной водички рыжего цвета (как на Кислом) – это один из нарзанных родничков притоков Милоградовки. Но из него пить не хотелось, вода темная, стоячая, в ней плавают головастики. Может, если его расчистить, то и можно было пить, но у нас такой цели не было.
Ко второму водопаду поворот с подвывертом почти на 180 градусов от тропы. Но синей изоленты наклеено много, не заблудишься. Спасибо Мише-инспектору.
Этот водопадик лучше освещен солнцем, состоит из двух ступеней, а между ними три чаши. Верхняя средних размеров (мамы Медведицы), средняя маленькая (Мишуткина), а нижняя, под второй ступенью — огромный глубокий бассейн с зеленой водой (это купальня Михайло Потапыча). Наши купальщицы – две Тани, Аня и Галя тут же пошли плавать в гости к Михайло Потапычу. Левый берег, как и обычно здесь, каменный из сплошной породы, а наш, правый берег, интересный, как тесто с прилипшими комочками – осадочные породы со вкраплениями некрупных камней. Я запала на зеленое отражение в воде и фотографировала его по-всякому, пока наши ныряльщицы активно получали водные процедуры. Такой душевный водопадик, всем нам очень понравился. Мы решили назвать его — Три чаши (для Трех медведей), как раз под одно со Сказкой.
И вообще потом мы поняли, что все эти небольшие водопадики-пороги на притоках Милоградовки, очень тяжело отразить на фото. Они довольно скромные и часто не имеют удобной точки для фотографирования. Да что далеко ходить, даже высоченные и красивые Поднебесный и Жало Змеи на фотографиях совсем не смотрятся. А вот вживую – все они просто обалденные. Так что надо ходить собственными ногами и смотреть собственными глазами.
Повернули назад. И тут я на тропе со всего размаху спотыкаюсь об ветку и лечу вперед руками, как ныряльщик, чуть ли ни носом утыкаясь в землю. Самой стало смешно, как я виртуозно летела, но ведь это ж-ж-ж неспроста… Именно лежа носом в траве, я заметила несколько куртинок уже почти отцветшего подъельника (монотропаструма). Это очень редкий бесхлорофилльный, совершенно белый, как фарфоровый, цветочек, ростом с указательный палец. Мы его не так давно впервые увидели в районе Лазовского перевала и то благодаря глазастым ботаникам. А так, если б я не упала, заметить его практически невозможно. Показали цветочек всем нашим вживую, а то тогда все удивлялись по фотографии, не веря, что такое чудо существует.
Вернулись к избушке Лесика. Съели третью часть обеда и потопали на Ветвистый. Я настроилась на дальний путь (7км туда + 7 обратно). Тропа хорошая. Синего скотча нет, но старые затески перемежаются с давними метками синей краской. Пропилы деревьев на тропе уже заросли мхом, то есть они делались еще охотником задолго до Нацпарка, а может даже геологами.
Через 1,5 км развилка: на Длинный прямо, на Ветвистый направо – помечена двумя синими полосами на соседних деревьях. Дальше был участок очень красивого лиственничного леса с подшерстком из брусники и рододендрона. Вообще лес здесь чистый, красивый, не порченый лесорубами. С толстыми вековыми деревьями. Видно, что женьшеня здесь должно быть прямо много, но как мы не пялили глаза, ничего, кроме похожего на него элеутерококка, разглядеть не могли.
Вот уже и приближается точка водопада на навигаторе. Через 1,5 часа и 3,5 км мы дошли до брода, перейдя который по дереву, мы почти тут же вышли к верхней части водопада Ветвистого. Откуда взялось 7км на указателе, может быть туда-назад посчитали, непонятно?
Но это тот самый водопад Ветвистый из альбома Владимира Давыдова с фотографии Маратканова. Мы расположились на каменистой косе на ветерке и в тени выше водопада. Время 14.00, как раз обед. Но сначала купанье после жаркой дороги.
А я, конечно же, в качестве фото-видео-корреспондента пошла всё запечатлять. Водопад высотой около 4 метров, состоит из двух отдельных широких, довольно сильных струй, выбивших в серо-черной каменной стене два желоба. Они сливаются в глубокий небольшой пенный бассейн, также выбитый в сплошном камне. А чуть ниже – более широкий и спокойный котлован, как будто специально предназначенный для купания. Места в нем хватило всем любителям водных процедур.
На давнем фото Олега Евстифеева водопад перекрывают два бревна. Сейчас их уже снесло, причем одно из бревен, уже ошкуренное и мореное, с короткими сучками, постоянно кувыркается в первом маленьком пузырьковом бассейне, как в центрифуге, но выскочить оттуда не может. Это тоже придает водопаду определенный колорит.
Татьяна нашла подход к правой струе и кричит: «Идите сюда! Здесь классно! Это настоящий гидромассаж, душ Шарко и джакузи в одном флаконе!» Буйный поток хлещет по телу, стягивает купальные принадлежности, но неугомонных «русалок» это не останавливает. Где еще получишь такие процедуры одновременно и вместе с нагрузкой-пробежкой, с солнечными ваннами, с запахом леса, с массажем стоп. Ни в одном оздоровительном и фитнес центре такого комплексного обслуживания нет.
Пообедали на косе и снова пошли фотать и купаться. Татьяна долго на фоне водопада позировала и русалкой, в разных других модных позах. А потом Леша решил пошутить, ее передразнить и тоже начал позировать. Мы ухохотались. Это выглядело не как фото для Инстаграмма, а словно кадры для передачи «В мире животных», как морской котик или моржик переворачивается и греется на солнышке.
Пробыли на водопаде 1,5 часа. Обратно полдороги после брода шли босиком, массажировали пятки, обезьянничали за вечно босоногим Гришей. Но почти все потом все-таки обулись, а он так и прыгал дальше, как Тарзан, до самого лагеря (ничего не изменилось за 25 лет).
Вернулись на базу в 18.00. По разным данным (навигатор и двое смартчасов ) прошли 18-22-25 км. Усредненно 23 км. Но почти не устали, т.к. налегке и по ровноте. День получился очень насыщенным на впечатления.
На ужин сегодня по плану грибной суп. Но тут кое-что произошло.
На ручье, который течет через овраг, чуть выше мостика, Леша обнаружил невысокий деревянный сруб, типа маленького колодца, очень старый, почерневший. А в нем белое ведро. Позвал Гришу. Открывают – а там полное ведро рыбы форели. Уже почищенной и присоленной.
Не поняли. Ведь за два дня, что мы тут стоим, здесь других людей не было. Сначала вернули ведро обратно, нам чужого не надо. Но потом с помощью дедуктивного метода начали вычислять. Рыба уже прилично соленая, значит стоит два дня. Вчера, когда мы пришли на верхнюю стоянку, два джипа уехали и собирались вернуться, а один остался на нижней стоянке. Потом, ближе к ночи, тот последний джипер подъехал, что-то на повороте походил, позаглядывал, ни к кому из наших не подошел, помялся, потерся и уехал. Скорее всего, те, первые джипари наловили рыбы и сказали третьему, если они не вернутся, забрать. А он-то не прятал, не знает, где искать, у нас спросить побоялся, вдруг у нас тут инспектор, еще на штраф нарвешься, так и уехал ни с чем.
Так что путем логических умозаключений мы поняли, что рыба стоит уже два дня, за ней никто не приедет и она просто пропадет. Грибной суп отменяется. Сегодня у нас УХА! Но рыбы там столько, что сначала подумывали сварить двойную. Но потом выделили под нее большой котел, а картошки положили чуть-чуть. Гриша прямо обеими ручищами, как ковшом-грейфером, накладывал в котелок скользкую красивую форель, желудочный сок пытался растворить желудок, слюна закапала всю округу. Рыбьи хвосты торчали из котла, мы не давали ухе кипеть и не перемешивали, просто томили, чтоб форель не развалилась.
Пока готовился ужин, все успели помыться. Гриша еще сбегал назад на поляну с пеньками за забытой кепкой. Эта кепка боевая, один раз уже ждала его три года на вершине горы Сестра и была найдена в майском походе 2019 года. Теперь ее никак нельзя бросать.
Наконец-то дождались вкусного варева. Маленько еще боялись, что вдруг это подстава, и нас приедут, арестуют. И если скажем, что рыбу нашли, никто ведь не поверит. Но дело уже сделано. Можно после долгого дня и основательно подкрепиться. Пришлось есть уху частями. Первую тарелку только одна рыба с бульоном, во вторую и третью уже кроме рыбы попало немного картошки. По три добавки, да со сладкой форелью… объеденье!
Гриша объелся ухи, лежал в палатке, пыхтел и стонал: «Зачем я столько съел?» Потом, когда уже стемнело, уха у него немного провалилась, пошел попить чаю. Все уже сопят по палаткам. Когда он с фонариком начал шарить возле стола, самая ближняя к дороге палатка Ани и Гали всполошилась. В ней тоже зажглись фонари. Галя рассказывает, что она сразу подумала, что это пришли за рыбой — или хозяева, или нас штрафовать. А поскольку их палатка первая, то им больше всех достанется. Но, увидев Гришу, они успокоились. Снова все затихло.
20 июля. 4 день.
План на сегодня – переход на стоянку на стрелке ключа Шумного (слияние его с Каменским). По пути надо зайти на ключ Глухой, поискать там водопады и после Глухого на самом Каменском найти еще два водопада.
В книге Давыдова они все без названия, кроме водопада Сторожевой на Каменском, и без фото. На сайте Нацпарка они упоминаются также без фотографий, причем на Каменском зовутся Совой и Неожиданным. Будем сами разбираться.
С утра туман, росы почти нет. По домашнему прогнозу, на сегодня должно быть небольшое ухудшение погоды, а на завтра дождь. Мы к нему готовы. Собрали палатки, рюкзаки, надели сапоги, дождевики положили в ближний карман рюкзака.
Гриша по-прежнему одержим желанием наловить рыбы на Шумном. Забрали накопанных не пригодившихся пока червей. Но ухи уже не хочется, объелись. Здесь на стоянке под навесом висит барбекюшница. Покрутили ее – тяжелая, здоровая, да еще и ржавая. Леша предложил : «Может, будем жарить на масле от консервы?» Но сколько там того масла, кот наплакал. Я говорю: «Лучше, конечно, в фольге запечь, только где же ее найдешь». Но буквально вчера мы разговаривали о том, что если свое конкретное желание вслух проговоришь, то оно исполняется очень быстро, уже замечено.
Ноги сами меня несут в зеленый домик, в который я все два дня даже ни разу не заглянула. Там мышиный запах, двое нар с продавленными матрасами, пара пустых бутылок-полторашек на полу, а в углу на гвозде под потолком висит черный пакет. Я шасть руку туда – и как фокусник вытаскивает кролика из шляпы – так я вытащила из пакета почти полный рулон пищевой фольги. Аж сама обалдела. Вышла из домика и на весь лес заорала: «СПАСИБО!»
Несмотря на то, что мы уже мысленно готовили еще не пойманную рыбу, нам привалила удача в виде запрошенной фольги, значит рыба будет!
Прощаемся с гостеприимной стоянкой кордона Центрального. Больше столов и лавок у нас не будет до самого выхода на пасеку Ощепкова (это мы так думали). И вообще, по нашей легенде, сегодня мы уходим через падь Солнечную домой, за территорию Нацпарка.
Теперь мы на полулегальном положении. Пропуск вроде есть, но он уже не действующий.
И еще здесь начинается самое интересное. Гриша этой тропой не ходил совсем, Таня Монастыршина и Татьяна Николаевна были по разу 9 и 11 лет назад на Поднебесном (водили Давыдов и Андрей Рахимыч) и Сергей тоже был раз давно, но помнит мало что. Впереди неизведанные места.
Вышли в 9.00. Тропа идет по высокой террасе над речкой. Скоро прошли место впадения Каменского. В лесу очень давно видимо был пожар, а теперь эти подгоревшие у корня деревья массово упали, образовав буреломы. Но на тропе бурелома почти нет. Она по-прежнему хорошая, промеченная старыми красными завязочками и пятнами коричневой краски на деревьях. За 1ч 50 минут дошли до устья Глухого. Здесь бросаем рюкзаки и отправляемся на разведку. Нам нужно найти «то, не знаю что», водопады, про которые мало кто слышал, и толком никто не видел.
Основная тропа идет дальше по ключу Каменскому, там очередная табличка с «беременным» пузатым тигренком. А на Глухой налево уходит тропа пожиже, но она есть, и есть маркировка черно-желтым скотчем, поэтому решаем идти по тропе, а не по ключу. Почти сразу начинается набор высоты на скалу правого берега Глухого. С самой высокой точки многометрового обрыва с опаской глянули вниз. Вроде через ветки видны какие-то водоскаты-водопады, но как к ним подбираться — непонятно, и они ли это вообще?
Тропа идет дальше, спускаясь вниз со скалы, но не к ключу, а так и продолжается вдоль него на расстоянии. Тропа очень торная, но метки в виде скотча пропали. Остались только очень старые уже заросшие охотничьи затески. Ключ стал спокойным, ровным, шума его почти не слышно, только периодически узкие части перемежаются с изумрудными заводями. Что-то непохоже, что тут будет каскад водопадов. Наверное, мы его все-таки проскочили, он и был возле той скалы, которую мы прошли вначале.
На тропе заметно все больше звериных следов – то помет изюбра, то покопки кабанов, да и сами копытца кое-где отпечатались. Уже для верности прошли почти 2 км до развилки Глухого, тропа так и идет дальше, но никаких водопадов нет. Видимо старый охотничий путик облюбовали звери, да так и ходят по нему, поддерживают тропу в хорошем состоянии. Кому охота по чащобе глаза ветками колоть, по тропе то удобнее бегать.
Повернули назад, к скале. Будем искать там, больше негде. Не доходя подъема на скалу, попытались спуститься к ключу. Спуск весьма крутой, но за деревья можно держаться. И тут же, в начале каньона обнаружился небольшой водопадик. Чтобы сфотографировать его снизу, пришлось перейти на другой берег и перелезть через скалку и бурелом.
Это невысокий полутораметровый порог, состоящий из нескольких струй, стекающих по заросшей мхом стенке. Ниже него чаша, а затем еще один порожек, чуть повыше и поуже, потом снова чаша. Так что водопадик можно назвать Двухступенчатым.
Дальше в ущелье просто так не пройти – скользко и узко. Решили вернуться к тропе, подняться на скалу и попытаться зайти снизу. После скалы спуск тоже крутой, но не сильно. Видна большая зеленая заводь и слышен шум порога. Снова пришлось переходить на другой берег по воде и с мохового склона, вверху в узком ущелье виден 1,5-2х метровый водопад, стесненный с обеих сторон вертикальными скалами. Причем сфотографировать его можно чуть ли не с единственной точки. Чуть сделаешь шаг в сторону, и он уже прячется за скалу. Назвали его Скрытый.
Пониже заводи с правого обрывистого склона сочится ржавый ручеек. У Ани оказалась кружка и бутылка. Потихоньку, чтоб не поднимать муть со дна, опустили кружку между камней. Попробовали. Да это настоящая Медвежка! Вкусная! Кислый ключ даже в сравнение не идет. Чуть поближе к скале еще один выход воды, еще более насыщенной – холодной, минеральной и даже газированной. Назвали источник Траверсная Медвежка.
Пока все с наслаждением дегустировали воду, Гриша не мог просто сидеть, ждать. Ему постоянно надо что-то делать, куда-то бежать. И он полез вниз по ручью. Потом вернулся со словами: «У-у-у, там такое….!»- забрал у меня камеру и полез второй раз снимать. Как он его назвал – это Каньон Водопадных Духов. Только там они могут жить. Узкий, мокрый, скользкий, загадочный каньон, весь извилистый, как змея. Стены черные, покрыты мхом и слизью, в него никогда не попадает солнце. И в конце он вывел к огромной заводи с отвесными стенами, в которую прямо русалки звали нырнуть, но обратно Гриша бы уже не выбрался. Но с его слов, больше там никаких водопадов не было.
Так мы проверили ключ Глухой, вернулись на место слияния. Время уже 14.00, как раз обед. И тут начался дождик. Похоже на день раньше прогноза. Облачились в приготовленные заранее дождевики, перекусили. Снова взгромоздили на себя тяжелые рюкзаки и пошли дальше.
Дальше идем вдоль ключа Каменский. Хорошая лесная тропа сменилась пойменными джунглями (как Гриша говорит, урёмой) – это заросли кустов и приречной жирной высокой травы. В ней натоптаны кучи троп без начала и конца, то ли зверями, то ли блудившими туристами. Татьяна Николаевна припоминает, что тропа вроде бы шла высоко над правым берегом, а мы пока на левом. Но Гриша намеренно не поднимается на склон, ведь нам надо найти еще минимум два водопада, а сверху мы можем их не увидеть.
Расчет оказался верным. Через некоторое время послышался характерный шум. Мы перешли ключ, начали подниматься по скользкому склону. Дождь не прекращается, даже усиливается. Очки и фотоаппаратура запотевает и мокреет. Рюкзак тяжелеет, напитывая воду (якобы противодождевая накидка спасает только от грязи и веток, мы это уже давно поняли).
Но завидев красивый водопад, все тяжести и трудности уходят на задний план. Уже рюкзаки сброшены, и мы лезем по моховым камням разглядеть очередное лесное-речное чудо. Снизу на подходе к водопаду, поперек ключа на высоте головы, лежит огромное замшелое бревно. Видимо давно лежит, оно придает фотографиям определенный загадочный колорит.
А сам водопад вырывается, как будто из черной пасти, из темного глубокого грота. Поднялись по моховым камням к гроту. Здесь, выше, есть еще одна ступенька с поворотом, и видимо в большую воду именно из-за этого поворота бурный поток и выбил за много тысяч лет такое интересное полусферическое углубление, похожее на открытую звериную пасть. Таня пыталась проверить глубину верхней чаши-заводи, треккинговая палка до дна не достала. В этот раз мы уже и так все мокрые от дождя, поэтому желания купаться ни у кого не возникло.
Скорее всего, именно про этот водопад Рахимыч говорил, что если сидеть на центральном камне, в нем очень интересная акустика. Может быть, его Володя Давыдов назвал Сторожевой. На сайте Лазовского заповедника и Нацпарка фигурирует еще одно название Сова. Но для нас он сразу стал Гротовым. Как-то ему лучше подходит такое название.
Полгруппы уже забралось на тропу, которая идет высоко по правому склону. А мы все еще снимаем фотопад (случайно написала с ошибкой, но она здесь оказалась очень уместной) с разных ракурсов.
Наконец-то и мы затащили свои рюкзаки на тропу почти по вертикальному откосу. Теперь надо быть внимательными. Ключ далековато внизу и легко можно пропустить следующий водопад без названия.
Пройдя несколько десятков метров, я углядела сквозь мокрый лес зеленую заводь и слабую тропу влево. Крикнула Грише, что пойду проверю. Бросила рюкзак. Остальные пошли вперед. Я спустилась к большому бассейну с малахитовой водой, перешла ключ и с другого берега увидела вверху симпатичный водопадик. Пока я его снимала, над ним показались наши туристы. Они вышли к его верхней части чуть дальше по тропе. Но по каменному скользкому обрыву мне к ним не попасть. Тем более, что озеро гораздо глубже, чем могут позволить болотники. Мне пришлось возвращаться на тропу, проходить дальше верхом и снова спускаться. С верхней точки водопад смотрится совсем по-другому – он извилистый, как змея, и течет по спирали, заворачивая голову в нижний бассейн. А снизу все его изгибы не видно. Хитрый водопадик, который Анна Дмитриевна назвала Извилистым, а я Змейкой. На сайте Нацпарка он назван Неожиданным, но для нас уже есть один Неожиданный, на Левом Горбатовском ключе в Шкотовском районе. Зачем повторяться? Что ли все названия закончились? Поэтому для нас он будет со своим оригинальным именем.
Так мы обнаружили четыре ранее неизвестных водопада, свою исследовательскую программу за этот день выполнили. Теперь надо дотащить потяжелевшие от дождя рюкзаки до стоянки. И еще неизвестно, сможем ли мы там уместиться своим табором. Оставшиеся 5 км шли монотонно, показалось, что долго, довольно высоко правым склоном, периодически спускаясь и поднимаясь вновь. Мелкий непрекращающийся дождь продолжает поливать наши спины. Хорошо, что в сапогах ноги сухие, но даже и они к вечеру начинают отпотевать.
Наконец-то видна развилка ключа Шумного. Дошли.
Поляна, на первый взгляд, выглядит как маленький бивачок с костром – просто посидеть, максимум поставить пару палаток. Но у нас 4 палатки, одна из них 3х местная. Начинаем ровнять площадки, втискивать спальные места между буграми. Натянули общий тент, под него сложили все рюкзаки. Дождь иногда чуть-чуть притихает, дает что-нибудь поделать.
Пока дежурные варят суп, Гриша зовет меня опробовать здесь терповских червей. Но я, как посмотрела, как нужно рыбачить, и прослезилась. Это же не рыбалка, это прямо охота получается. Гриша объясняет: «Воды мало, рыба пугливая, все видит. Поэтому надо подкрадываться в полуприседе и сверху кидать удочку под бурунчик- ямку возле камушка. Если раза три закинул, и не клюнула или сорвалась, надо красться к следующему камню, в прежнем месте уже больше не возьмет». Тут после рюкзака спина болит, не наклониться, ноженьки уже не ходят после 14 километрового прогона, а тут прыгать по скользким камням в позе «Зю», это только Гриша может. Он уже выхватывает рыбу одну за одной. Складывает в пакет на берегу, а она из пакета выпрыгивает снова в речку. Круговорот рыбы в природе. Мне удалось каким-то чудом поймать две штуки форелины, а он наловил не знаю сколько, но в мешке удержалось семь. Итого получилось девять штук, как раз на нас девять человек. Посолили, посыпали приправами и в фольгу на угли. Вкуснятина.
Погода дала временный передых – поужинали спокойно, без дождя и разошлись по палаткам. Ливень начался позже и без перерыва поливал всю ночь, но это нам на руку. Раньше начался, значит, раньше может закончиться. По прогнозу – весь завтрашний день дождь, но он уже идет с сегодняшнего обеда. Посмотрим, что будет. В любом случае, мы готовы к дождю и его не боимся.
5 день, 21 июля.
Сегодня радиалка на водопады Поднебесный и Жало Змеи. Дорогу знаем только по рассказам нескольких человек, причем они иногда противоречат друг другу. Инспектор Миша Борисенко попросил промаркировать тропу на Жало Змеи, а то в последний раз на обратном пути там народ блудил. А нам бы самим его найти, этот загадочный водопад. У нас нет ни одной фотографии, ни четких ориентиров, куда идти. Ведь точка на навигаторе ВДП еще не означает, что идти нужно именно туда. С этими двумя водопадами это не прокатывает. Нужно искать видовую площадку, с которой можно на него посмотреть, а она может быть значительно в стороне.
Всю ночь по палатке шумел неслабый ливень, мы даже немного опасались вначале, что поднимется вода в реке, но усталость сделала свое дело, и на сон это не повлияло. Да и вообще к пятому дню похода спится все лучше и лучше. Даже тем, кто в первые дни жаловался на бессонницу. В 6.30 дождь чуть-чуть притих и все начали собираться. Все вчерашние ходовые вещи мокрые, но особого смысла надевать сухое нет, если дождь продолжается. И кругом с деревьев и кустов даже без дождя за шиворот выливаются целые водопады. Только Татьяна Николаевна мечется, потеряла свою любимую красную кофточку, которую весь вечер сушила у костра.
Завтракать начали «за столом», но тут же влил дождь, пришлось перемещаться под тент. Собрались по-дождевому – сапоги, плащи, как и вчера. В 8.00 вышли. Начали подниматься на хребет на стрелке Шумного и Каменского. Здесь снова стоит опознавательная табличка с тигренком. На подъеме стало жарко, начали раздеваться. И чем выше поднимаемся к облакам, тем сильнее ветер. Вот уже и проглядывает синее небо, дождь прекратился. Как и обещали по прогнозу, он лил почти сутки, только на день раньше.
Тропа по хребту красивая, чистая, усыпанная кедровой хвоей, прямо «парковая». Хоть обычно на таких хребтах метки не нужны, они продолжают попадаться – старые выцветшие красные завязочки и пятна коричневой краски на деревьях.
В одном месте слева на чахлом дереве белеют две завязки. По опыту мы уже знаем, что так обычно помечают поворот. Но что-то тропа влево больно слабая, да и как-то рановато – еще до Поднебесного далеко. Решаем сначала пробить хребет дальше. Забираемся все выше. Поднялись на видовую скалку с маленькой тундрой, с которой видно наш завтрашний путь по соседнему правому хребту. Пошел красивый березовый лес, вот уже уровень второго водопада Жало Змеи, а никакого поворота налево так и нет. И метки после тех двух завязочек пропали совсем. Наконец, перед одним из каменистых взгорков наша тропа поворачивает влево. Но там она выходит на мыски и рассеивается. Пошли траверсировать склон, искать видовую площадку. Но видимо далеко проскочили.
Жирная свежая звериная тропа в очередной раз сбила нас с толку, увела вниз к ключу, пересекла Каменский и ушла на противоположный склон. Гриша все бежит по ней, как охотник за зверем, а я тщетно пытаюсь вразумить его, что мало того что оба водопада остались позади, так уже и от ключа Каменского мы уходим. Он уже и сам это понял, но тропа же, тропа – это для него как красная тряпка для быка, как ее можно так бросить, ее надо пробить. С сожалением он останавливается и поворачивает назад. Возвращаемся назад, на правый берег Каменского ключа, и уже сильно не поднимаясь вверх, идем склоном.
На одном из каменных мысов оставляем уставший вить петли народ, а сами с Гришей расходимся по сторонам – он влево, я вправо. Я спустилась зигзагом по круче и через ветки разглядела белый пенный сплошной вертикальный поток-водопад. Но он как раз на моем же уровне. А на противоположном склоне на зеленом фоне сопки проглядывает большая скалячина. Я вспомнила, что Гриша говорил: «Водопады всегда расположены там, где выходы коренных пород». Значит, я точно стою на уровне водопада. Но отсюда его не сфотографировать, надо идти левее, чтоб увидеть его в фас, а не в профиль. Тут и Гриша закричал со своей стороны. Я бегом скачу наверх, язык на плечо и идем всем колхозом на его голос. Уже понятно, что он нашел…
Правда он пролез к видовой площадке практически по отвесной скале, а нам сказал идти склоном, а там сплошные заросли жгучей крапивы. Вспомнили детство. И вот наконец-то мы взобрались на небольшую каменистую площадку, фактически это бруствер из полуживых шатающихся камней. И с нее открылось чудо!
Это тот самый неизвестный водопад Жало Змеи. Он показался нам просто огромным. Сверху он начинается тремя небольшими струями, сливающимися в одну, потом идет небольшая короткая ступень. Затем широкий вертикальный пенный поток никак не меньше Черного Шамана по размеру и чем-то похожий на него, разбивается об уступ, одна струя уходит вправо, а основной сброс идет дальше по узкому вертикальному желобу в черной каменной породе. Этот длинный узкий второй пролет напоминает целую гигантскую тропическую змею, но никак не какое-то ее отдельное жало.
Мы смотрели на него, открыв рот. И сразу поняли, что фотографии не покажут всей его красоты. Он расположен довольно далеко для фото, в кадре получается мелким и узким, а по частям тоже снимать не вариант. Девчонки балансировали на обрыве, делая селфи, нарываясь на строгое порицание от более разумных и осторожных Сергея и Гриши. Но обзор именно с этой площадки очень хороший, никакие кусты и деревья водопад не загораживают. И помещаются одновременно 8 человек, если сильно крыльями не махать.
Мы рады, что получилось отыскать более трудный водопад первым. Теперь Поднебесный уже найдем, туда ходит больше народу, там должна быть тропа.
Обратный путь через крапиву, распадок, крутой склон и до выхода на хребет часто помечали завязками и затесками с обеих сторон на деревьях. Может быть, со временем по меткам натопчут хорошую тропу. Дошли до хребта. На поворотном дереве надо сделать какую-то особенную отметку. Две завязки это банально, да и выглядят они стремно. Вспомнив, как долго на березах видно места со снятой берестой, я решилась на небольшой вандализм. Попросив прощения у березки, я вырезала на ее стволе на уровне глаз надпись ВДП и ниже змейку с жалом. И стрелку, указывающую на тропу.
Полдела сделано. Один водопад есть. Перекусили на хребте в красивом березовом лесу. Покубатурили, что тропе на Поднебесный больше неоткуда начинаться, как от тех двух завязок. Быстро сбежали вниз, повернули к ключу и пошли параллельно хребту, но уровнем, склоном, постепенно приближаясь к Поднебесному. Вот и знакомая нацпарковская табличка. От нее идет несколько троп видимо к разным уровням водопада. Мы пошли по верхней. Да, именно отсюда и сделаны большинство фотографий, которые мы видели. Поднебесный после Жала Змеи выглядит гораздо скромнее. И еще его практически со всех точек загораживают ветки деревьев. На крутом склоне фактически есть три-четыре «табуреточки» рядом с деревьями — места буквально только под две ступни или подпопник, откуда можно сфотографировать водопад, балансируя и держась за ствол. Гриша спустился совсем вниз, к воде, оттуда вообще нет никакого вида.
Анна Дмитриевна выразила общее мнение: «Тот, первый водопад, надо было назвать Поднебесным, он более красивый!» Совместным голосованием водопад Жало Змеи получил 5++, а Поднебесный твердую 4.
Мы уже летим вниз по хребту, «домой», в лагерь. В 15.00 спустились к своим палаткам. Солнце светит жарко, но на нашей полянке открытых мест практически нет, почти все в тени деревьев. Все равно расстегнули все отсыревшие палатки, развесили по веревкам промокшую вчера одежду. Даже устроили и стирку, и помывку, кто хотел. Получилась практически полудневка.
Ну а мы с Гришей отправились на рыбную охоту. Он вниз по Каменскому, я вверх по Шумному.
Ну не получается у меня подкрадываться из-за угла. Рыбалка шла вяло, хотя ямки хорошие, рыбные. Даже видно, как рыба в них ходит, а червяка не берет. Зато, когда у меня оборвался красный поплавок, дело пошло лучше, видимо рыба действительно пугливая и поплавка боялась. Но из каждой ямы я выхватывала не больше одной форелины и переходила на другую.
Гриша обловил свои вчерашние ямки и ушел еще ниже. Леша пошел посмотреть, как ловится, смотрит, лежит на берегу рыбина здоровая. Он ее поднял, понес к Грише. А тот в азарте, не поймет ничего, и спрашивает: «А ты на что ловишь?». А Леша говорит: «Да так, прямо руками». Понятное дело круговорот рыбы в природе продолжается, Гриша рыбу ловит и тут же ее теряет.
В итоге я поймала 9 штук, а общий улов вместе с Гришей получилось 23 рыбины. Отвели душу. Форелька крупная, сильная, красивая, такую приятно ловить. Пусть простит нас Нацпарк, мы не злостные браконьеры, здесь рыбаков мало, рыба естественно воспроизводится. Да и видно было, что ее там много в ямах.
Дежурные Таня и Сергей сегодня варят суп с вермишелью и грибами. А рыба в фольге у нас на десерт. Разделили ее на две партии. Суп получился очень вкусный, снова ели с двумя добавками. А потом еще сверху заполировали рыбкой.
Вторую партию рыбы приготовили и оставили на завтрак. Я завтра именинница, поэтому, когда основная масса народа разошлась по палаткам, начала «печь» секретный тортик. Это подсмотренный на Камчатке у Валентины походный вариант муравейника (печенье+вареная сгущенка+масло+орехи).
Завтра мы дежурим. И еще завтра самый тяжелый день. Заканчивается речная часть похода (с водой и по ровному), и начинается горная (без воды и в сопку). У нас есть в проекте несколько точек, где предположительно можно будет набрать воды, но это не точно, поэтому на себе придется нести полные бутылки. И еще сапоги, которые теперь вроде как не нужны.
6 день. 22 июля.
Мой день рождения.
Мы с Гришей дежурные. Встали в 5.30 утра. Погода отличная. Сначала все потихоньку поздравляли меня по одному, а потом устроили коллективное поздравление с представлением – это массовик-затейник Таня постаралась. Неожиданно и приятно. Вручили мне орден в виде сердца с фонендоскопом и футболку с «Траверсом». Кушали торт муравейник, запеченную форель, плюс обычный завтрак. Налопались, как слоны.
Сегодня мы прощаемся с бассейном Милоградовки и начинаем горную часть маршрута с переходом в другой водораздел. Навьючили рюкзаки. Что-то они не думают облегчаться. Хоть и ушли пакеты с «речной» едой, но добавилось по 2-2,5 литра воды и сапоги. Ладно, прорвемся.
До свидания, дивная Милоградовка.
Прямо от поляны полезли круто в гору. Сначала было почти вертикально, буквально на четвереньках карабкались, цепляясь руками и зубами за деревья и кусты. После 100 метров набора высоты с рюкзаком, который шатает тебя во все стороны, дыхалка протестует и отказывается работать. Рядом шатнуло и Татьяну Николаевну, которую ее высокая зеленая «косметичка» пыталась утянуть вниз со склона. Снова на помощь пришел спасатель Сергей. Я уговариваю свой организм потерпеть, скоро будет легче, поположе, скоро будет отдых.
Наконец-то вылезли на красивый хребтик, заросший мягкой зеленой травкой – красовласом. Упали рядом с рюкзаками. Можно отдышаться. Но не тут- то было. Посидев буквально пару минут, начинаем страдать от мелкого гнуса, который пролазит во все щели накомарника и нещадно кусается. Никакие намазки и отравы от него не помогают. Не кусается только на ходу или когда посидишь и немного обсохнешь от пота. Вот бедные звери от него страдают.
Здесь на хребтике услышали то ли стон, то ли плач, то ли мелкое блеянье. Гриша говорит: «Это кабарга». Но она так жалобно кричала, как будто попала в беду. Я говорю: «Вдруг она в камнях застряла или упала?» Гриша пошел на голос. Но сколько ни шел, звук так же и удалялся на расстояния нескольких десятков метров. Она уводила, но не подпускала к себе. Хитрая. Видимо отводила людей подальше от детеныша.
После набора высоты до 800 метров хребет пошел довольно пологий, приятный. Сначала по лесу, дальше пошли по ленточным лугам, очень красивым. Цветут разные цветы, видны и соседние хребты, по которым мы гуляли вчера, и те, на которые нам надо зайти сегодня и завтра. Отдыхаем через каждые 40 минут. Татьяна Николаевна все считает по карте, сколько клеточек осталось нам пройти.
Мы с Гришей правим на седловину, от которой недалеко до истока ключа Горелый. На моем навигаторе Гармин там почему-то стоит точка и три вопроса ??? Хочется выяснить, что же это обозначает.
Метров за 250 нашли разгрызенный медведем бидон. Потом пошли такие же разломанные пожеванные зверем белые пластиковые ведра. Что-то это смутно нам напоминает.
Оставили народ в лесочке, с Гришей пошли на разведку — искать поляну. А здесь не просто поляна, а целый аэродром. С одного края погоревшие лиственницы, почти посередине огромный солонец, весь истоптанный звериными следами. Прикрученные тросами и металлическими запорами к спиленным стволам большие железные бочки с тухлятиной — привада на медведя. И в лесочке на пригорке лабаз-засидка. Очень узнаваемый почерк. Такой же самый лагерь мы встретили тоже в Нацпарке, когда поднимались на Сестру со стороны Сухого лога. Только этот более старый, обветшавший. Вот они что означают три вопроса на навигаторе. Видимо тот, кто составлял карту, не знал, как обозвать это браконьерское логово.
Бандитам закон не писан. В Нацпарке им можно стрелять зверей, летать на вертолете. Это только туристы должны быть под постоянным контролем и платить немалые денюжки за каждый день пребывания. Грустно все это.
Я говорю: «Вот был бы Максим, уже бы залез в лабаз и достал водку, как в тот раз». Смотрю, оттуда уже спускается Леша, и держит в руках бутылку японской водки Сантори-такая же самая, как тогда, под Сестрой. Говорит: «Юрьевна, это тебе на день рождения! Правда я уже шестой день несу специально приготовленную настойку… Даже к ухе утерпел, не достал…» Ну ладно, будет нам добавка.
Пока Сергей и Гриша пошли за водой, мы нашли много старых досок и решили сделать стол и лавки. Праздник, так уж за праздничным столом. Пригодились Лешины строительные навыки. Пока вернулись водоносы, уже был готов стол. Быстро доделали четыре лавки. А мы-то думали, что после Терпового у нас уже больше цивильного стола не будет. До воды, кстати, оказалось очень близко идти и родник хороший. Не зря вычисляли именно это место.
Продолжение праздничного банкета. Снова наелись, как слоны, заполировали сладкой Лешиной настойкой и сверху половиной трофейной водочки. Половину отлили про запас на гору.
Галя плачет, что ее больше всех искусала мошка, и у нее страшно отекло лицо. При этом Сергей спрашивает, что тебя больше всего беспокоит – чешется? отек? болит? «Нет, беспокоит то, что я некрасивая» — отвечает Галя. Я вижу, что отек не такой уж и большой, на Квинке не тянет, «резать» ничего не надо, так что моя хирургическая помощь не требуется. Татьяна Николаевна потчует Галю своими мазями, которых у нее всегда есть целый арсенал. Ну а красота – дело наживное. Я так вообще зеркало никогда не беру и на себя не смотрюсь в походе. На что там смотреть, только пугаться.
После ужина на закате гуляем по поляне. Здесь растет жимолость, немного голубики, много разных красивых цветочков – офелии, орхидейные любки, желтые бузульники. Татьяна Николаевна ушла немного вправо, а Анна Дмитриевна в конец поляны влево. А рядом солонец. Я, отлучившись в кустики, наткнулась там на большую кучу свежих изюбриных какашек, еще даже глянцевых. Так что зверя еще не всего выбили.
И тут вижу, бежит Анна Дмитриевна. Она услышала в лесу очень близко «стра-а-ашный рык, ну точно тигр или медведь», и как с перепуга задала стрекача. Споткнулась об ветку стланика, упала плашмя, растянулась, ударилась и лицом, и рукой, и боком. А это же не в глухом лесу, все тут рядом гуляют по поляне. Да и рычал, конечно, на 99% не тигр, а обычный изюбряк.
Осмотрела ее, на лице вроде ни царапины. Показала руку, где болит в запястье — луч в типичном месте цел, вроде бы как пронесло. Обещала больше не уходить далеко от палаток.
Гриша пошел на сопочку, под которой мы стоим, поглядеть, как будет видно рассвет. И мелькает там, между стволов. Да так быстро, что мне показалось, что он вместе с кем-то пошел. Только что был в одном месте, уже вынырнул в другом – как будто два разных человека.
Вернулся, сказал, что рассвет будет отличный. Договорились встать в 5.00 с Татьяной Николаевной.
23 июля . 7 день.
Троица смелых, пока все еще досыпают, поднялась и поперла в гору на рассвет. Налегке идти, конечно, легче, чем груженым, как верблюд. Но все равно мы с Николавной телепаемся, через шаг фотографируя алеющее небо и заполненную облаками долину Уссури. А Гриша уже взлетел на самый верх. Прердассветная ярко- красная заря начала бледнеть.
Потом из-за хребта Инь взошло солнце, но почти тут же спряталось в облако. Хорошо видно громадину Облачной, чуть дальше Снежную, хребет Инь, Фасольную. На другой стороне Голец, Горелую, Сестру. Вся долина Уссури и Милоградовки полностью покрыта облаками, а мы парим над ними, у нас ясно.
Вершинка красивая, тундровая. Много неспелой пока твердой брусники, арктоуса, голубики, бадана. Стланника почти нет. Так и хочется фотографировать на каждом шагу, ведь рассветное освещение просто преображает всю картину, но длится не больше получаса.
Гриша уже налюбовался, и ему надо что-то делать. Он интересуется, кто сегодня дежурный. А дежурная сегодня отсуствующая Тамара, ее пакет несет Гриша, значит, он есть и дежурный. Узнав об этом, он как рванул вниз, только мы его и видели.
Пока мы с Татьяной Николаевной доползли до лагеря, уже был готов чай.
Анна Дмитриевна показала свою руку. Там, где она вчера жаловалась и показывала в области запястья все нормально, а вот в средней трети предплечья большая гематома, отек и локальная болезненность. Есть подозрение, что это перелом (правда на смещение не тянет, может просто трещина). Еще она сказала, что полночи не спала от боли. Руку она держит, как плеть, ничего не может ей ни застегнуть, ни расстегнуть.
А впереди еще 3 дня пути по горам. Телефон тут не берет. Пути экстренного выхода так же далеки, как и основной маршрут.
Это хорошо еще, что Анна Дмитриевна сильна духом, как никто из нас. Даже Гриша завидует и пытается себя специально физически «насиловать», чтоб хоть как-то к ней приблизиться. Она начала ходить по горам уже весьма в зрелом возрасте, сначала чтобы получить Приморского барса, но потом поймала «вирус туризма» и, несмотря на постоянные протесты родственников (детей и внуков), раз за разом ввязывается вместе с Траверсом в не совсем типичные и обычные приключения.
Дала ей таблетку, замотала руку эластичным бинтом. Мужчины по возможности разгрузили ее рюкзак. Будем идти дальше. Хорошо, что ноги целы. Взяла над ней шефство.
Подъем на наш предпупок Гриша одолевает уже в третий раз, мы с Николавной во второй. Крутовато, но недолго. Облака внизу уже начали рассеиваться, но все равно красиво. Дальше идем траверсом по хребту, поднимаемся и спускаемся с еще одного холма. В ложбине перед Горелой на карте отмечен родник (в первой версии нашего плана тут должна была быть наша ночевка). Здесь березовый лесок, но с ровными полянами напряженка. А на месте родника – ямка среди камней, заполненная пергнившей листвой и черноземом. Гриша покопал, воды немного есть, стоячей и грязной. Хорошо, что мы передумали сюда идти и не надеялись на эту воду. Ведь у нас в истоке Горелого была чистейшая родниковая вода, а здесь нам была бы просто засада.
Довольно пологий подъем на Горелую по тундровым полям и мы на вершине 1473м. Здесь есть тригоном. В каменном турике форитуровская тетрадка. Там всего 2 записи. Первая от «производителя» и вторая от Баджальских клуш.
Отдохнули, съели полобеда. Идем дальше. Вроде здесь раньше была хорошая тропа. Гриша говорит, местные часто сюда ходили за брусникой. Он встречал тут ягодников и один раз даже находил «совок» размером со снегоуборочную лопату, но это в те доисторические времена.
Но, как и везде, добытчиков сейчас стало меньше, массовым туристам эта вершина неинтересна, поэтому тропа так себе, больше звериная. То залезем в густой ельник, то на каменюки. На небе бродят грозовые тучи, от сопок поднимается теплый пар и на глазах собирается в облака – мы видим их рождение так явно впервые. Таня Монастыршина заказала грозу и радугу. «Будьте осторожны в своих желаниях, они сбываются!»
После обеда легли поспать, но поднялись от грохота приближающихся грозовых туч.
Я веду Аню почти за руку через сложные участки. Без одной руки на самом деле лазить по ельнику и камням сложно. Но она и сама молодец, молчит как партизан, старается не отставать.
Дошли до стоянки под Камнем Брат, успели натянуть тент и поставить пару палаток, и грянула заказанная Таней гроза. Несколько раз бабахнул гром прямо над головой так, как будто сейчас гору разорвет надвое, все аж присели и оглохли. Но гроза как быстро налетела, так и через 30 минут закончилась. Вот это Таня наколдовала. В этом походе все проговоренное быстро сбывается. Но она успела во время проливной грозы искупаться – разделась и принимала «душ» — для этого видимо ее и заказывала.
После дождя стало очень красиво. Все наши вершины ясные, умытые водой, а в долинах с обеих сторон хребта Зубы Дракона лежит туман и из него переваливаются всполохи через хребет. Я засняла несколько таймлапс- видео.
Гриша с Сергеем пошли по воду, остальные занимались лагерем. Рука у Ани так и болит, отекла еще больше. Я выстрогала топором из березового полена лонгету по размеру ее предплечья до локтя, примотала новым хитрым эластичным бинтом – с иммобилизацией стало гораздо лучше. Она хоть начала свободней двигать рукой, не боясь что-то задеть, зацепить. На ночь пообещала уколоть укол. Но насколько она тихушница, что о травме даже знали не все в группе.
Мужчины принесли много воды. До нее по северному склону порядка 420 метров вниз – неблизко и круто, но выбора у нас нет. Поужинали. Как-то сегодняшний день утомил, хотя километраж был небольшой, видимо уже сказывается общая усталость седьмого дня пути.
Нас с Гришей сморило. Разбудила меня громко стрекочущая кедровка. И вовремя. Закат был просто обалденный. И идти никуда не надо. Прямо сразу с камней все видно. Солнце заходило и выходило из-за летящих облаков, окрашивало их в багряные цвета. Формы менялись ежесекундно. Тут уж наша фантазия разгулялась вовсю – то летела тройка лошадей, с другой стороны плавали два крокодила и большой рыболовный траулер, а над всем этим парил огромный золотой орел, раскинувший гигантские крылья. Очень красивый закат.
Мы с Гришей решили, что немного изменим наш план. Завтра все пойдут на Сестру налегке, а я останусь с Аней в лагере. Угрозы для жизни особой нет, чтобы экстренно сливаться с маршрута, но поберечь ее надо.
24 июля. 8 день
Татьяна Николаевна подняла в 5.15 на рассвет. Гриша вчера так умотался, что как лег после ужина, так и не вставал ни разу, даже ночью «до звезд» не выходил. И на рассвет не хотел идти. Но когда мы с Николавной поднялись на ближние камни, он нас догнал. А по камням уже бегала Танюшка Черешнева в одних сланцах и восхищалась. Солнце сегодня всходило прямо из-за хребта Инь, как большой красный мандарин. Облака в долине Уссури и Милоградовки еще гуще и выше, чем вчера, видны только макушки гор. Который день мы парим над облаками.
А «те, которые внизу» сидят уже несколько дней в тумане и думают, что везде погода пасмурная, а мы тут наблюдаем чудеса.
Народ собирается на Сестру. На ней не был только Сергей, хотя делал две попытки. Таня и Галя были в 2019 году в совсем пасмурную погоду и ничего не поняли. Галя к тому же была еще и «некрасивая» в зеленом камуфляжном плаще (так она сама сказала), поэтому все свои фотографии стерла. А когда потом хватилась оформлять Барса, а фотографий то и нет. Так что ей срочно нужно фото.
Нам с Аней оставили часть обеденного пакетика и в 7.30 выдвинулись. Я тоже решила их проводить, прогуляться до Зубов Дракона, до первых комплексов, хотя бы до Мечтателя.
Доскакали до него за 8 минут. Я зашла на хребет, заглянула за край, а там красотища – облака ватные – летят, переваливаются через перемычку седловины перед Подружкой, кружатся. Поставила ГОупро на таймлапс-видео и пошла за Аней. Она после вчерашнего укола эту ночь хорошо поспала. Рука не хуже, отек не нарастает, гематома постепенно расползается. С лонгетой она рукой уже очень резво двигает, фиксирует она хорошо, так что, может быть, вообще все обойдется.
По крайней мере, по Зубам налегке полазить она согласилась сразу. Красотища облачная продолжается. Я засняла еще несколько серий клубящихся облаков.
Пыталась, сидя на хребте, высмотреть наших, как они идут на Сестру, но так и не высмотрела.
Сеанс связи с горой у нас между 10.30 и 11.00. Мы обошли все ближние комплексы, на которые обычно не хватает времени, т.к. летим транзитом мимо. Пофотографировались с Мечтателем с разных сторон, с Грибами и другими каменными штуками. Пока мы туда-сюда лазили, уже время и к десяти подходит. Пошли назад, на полдороге Аня вспомнила, что оставила хобу на камне, вернулись. А тут уже и 10.00. Я снова в свой 60ти кратный зум на фотоаппарате высматриваю людей на вершине Сестры, и наконец-то различаю там движущиеся фигурки.
Созваниваемся. Связь не очень хорошая, но я попросила их выстроиться с флагом, сфотала траверсную шеренгу на фоне треноги. Хоть и нечетко, но даже можно различить, где кто по одежде. До чего дошел прогресс. А ведь между нами напрямую больше двух километров.
И буквально через несколько минут перемычку между нами заволокло облачным потоком и ничего не стало видно, даже ближней Подружки. Похолодало.
Пошли «домой», в лагерь. Столько было планов, казалось целый день впереди, можно кучу дел переделать. Но успела только зашить порвавшиеся вещи и позвонить домой. Все это время не прекращалось облачное светопредставление. Я наснимала кучу таймлапс видео с летящими, бушующими, бурлящими и крутящимися облаками для фильма. Если бы я пошла со всеми на Сестру, таких чудесных видео бы не было. Так что все делается, как нужно. Там сверху виднее, что кому необходимо больше.
Я сидела в палатке, когда что-то зашумело. Снова на нас надвигается мгла. И так же, как и вчера, почти в то же самое время, на фоне предшествующего солнца, внезапно ливанул дождь, просто стеной. Мы бросились снимать с деревьев рюкзаки и разные сушащиеся вещи. И снова – дождь продолжался не больше 20 минут, но был таким сильным, что подмочил кое-что за те недолгие минуты, пока мы не сволокли все под общий тент.
Я поздно вспомнила, что можно было поставить под тент котелки, набралась бы вода, а дождь уже и закончился.
Тут начали подтягиваться и первые радиальщики. Они все были насквозь мокрые. Дождь их застал уже в 10 минутах от лагеря на Зубах Дракона. А четверо человек вместе с Гришей пошли от Каравая Шаравая через водопад Легенда. Он еще хотел найти свой загадочный водопад «Ностальгия», который видел больше 20 лет назад, но не помнил, на каком он ключе. Но неожиданно напал на какую-то «конскую» протоптанную тропу и, как водится, решил ее пробить. Поэтому зашли только на известный водопад на отвилке Лукьянова лога, который есть в путеводителе В.Давыдова и который мы посещали в мае 2019 года, а тот, старинный, снова пришлось оставить «на потом». А тропа привела на хребет, поэтому вторая часть группы особенно не задержалась, а пришла с опозданием от первой всего на час.
Дождь их тоже промочил в ноль, даже на водопаде сфотографироваться не получилось, все было размытое.
А теперь еще Грише и Сергею телепать вниз за водой, так что набегались они сегодня знатно.
На ужин дежурство Рахимыча (который не пошел). Поэтому пособирали по сусекам все остатки и решили варить суп-рататуй. Банка тушенки, рис, доширак, картофельное пюре, мелко резанная колбаса и приправы. Ели по 2-3 добавки. А потом чай из смородинового листа, бадана и чаги необыкновенно вкусный (заварка уже закончилась).
Долго сидели у костра, беседовали, играли в загадки. Подходит к завершению наше большое путешествие.
Можно сказать, что все получилось, как задумывали. Маршрут прошли с точностью до 98%, небольшие изменения внесли только в связи с травмой. Все вели себя достойно, и в физическом плане и в психологическом. Группа дружная, веселая, дисциплинированная, просто подарок для руководителя. Как все ответственно относились к своим дежурствам, как помогали друг другу весь поход. И погоду нам дали замечательную – разную-разнообразную. И солнечное тепло с запахом липы на Милоградовке (которая, кажется, уже была целую вечность назад), и дождь, и знойную жару с луговым разнотравьем на хребте, и облачное буйство над горами, и поразительные рассветы и закаты. Просто целая жизнь прошла за эти 8 дней. Дома и на работе проведи неделю, и вспомнить нечего, а здесь… Было всего много и все разное.
Но нам надо еще спуститься вниз и чтобы нас встретила наша заброска. Не будем думать сегодня, подумаем об этом завтра.
25 июля. 9 день.
Последний день похода. Грустно.
Уже третий день подряд встаем в 5.00 утра на рассвет и каждый день он разный. Галя с вечера ко всем приставала, чтоб ее тоже взяли на рассвет (особенно к Ане, с которой она живет в одной палатке и которая никогда на рассвет не ходит, особенно сейчас, с травмированной рукой). А что тут брать – вставай да иди.
Но утром, когда мы с Татьяной Николаевной собрались – пробурчала из палатки «Не пойду». Потом, когда мы уже дошли до Мечтателя, она нас догнала. Сказала, что сначала проснулась она сама (и сказала «не пойду»), а потом проснулась совесть… Поэтому, пришлось идти.
Рассвет снова бесподобный. И мы не прогадали, что пошли сюда, на Зубы Дракона. На наших лагерных камнях пытались встретить солнце Гриша, Леша и Таня, но буквально за 30 секунд до восхода их полностью заволокло туманом.
А мы вроде спустились ниже, но увидели-таки солнышко. Облачное покрывало сегодня было еще гуще и выше. Не видно было даже макушек Облачной, Сестры и Инь,только через них переваливались текучие облака. А перед нашим перевалом облака все стремились, бежали навстречу друг другу, к зеленой перемычке, но никак не могли встретиться – просто бесконечно завораживающее зрелище. Кажется вот-вот, еще чуть-чуть, а оно … никак.
Солнце выглянуло в щель между нижней облачностью и верхней и через пару минут спряталось. Но тут же по верхним облакам пошли во все стороны расходящиеся красные широкие лучи, как рисуют дети солнце на картинках. Описать все это словами просто невозможно. Галя крестилась и молилась на такое чудо. Не пожалела, что пошла.
Вернулись назад, еще немного подремали, пока дежурные Таня и Сергей не подняли всех на завтрак. Сегодня легкий день, можно сильно не торопиться, нам нужно только спуститься вниз до Пасеки Ощепкова.
Вразвалочку собирались. А облачное буйство над горами продолжается. Еще в коллекцию добавляется несколько видео.
Аня вполне бодро двигает своей иммобилизированной рукой, даже сама надевает и застегивает рюкзак. Отек уменьшился, гематома цветет, но лонгету я ей пока не разрешаю снимать, только подматываю ежедневно – береженого Бог бережет.
Вышли в 11.30. По тропе спустились до видовой площадки с камнем – жертвенником. Потусили, пофотографировались.
Здесь кто-то таборился и оставил просто гору 1,5 литровых бутылок с водой – непонятно зачем. Тропа вниз просто конская, идем бодро. Анна Дмитриевна в первых рядах. Николавна приотстает, бережет коленки для будущей Камчатки. А я просто тяну время — фотаю все грибочки, цветочки, паутинки. Не хочется быстро возвращаться в цивилизацию. На остановках грызет мошка и белоножка, а на ходу ведет себя терпимо.
После выхода к реке, Гриша и Таня пошли босиком массажировать пятки. Добрались до второй поляны, где когда-то мы останавливались с Рахимычем и Зоей Николаевной. Она основательно заросла, но мы в 9 пар ног ее быстро утоптали. Пока кипятили чай, все успели перемыться в речке и переодеться в чистое и сухое, припрятанное на выезд.
И тут из леса выходит возрастной мужичок в камуфляже. У Гриши так все и обмерло внутри. Мало того, что мы уже тут без пропуска, да еще и костер жгем на территории Нацпарка вне оборудованной стоянки. Уже начал придумывать легенды в наше оправдание, хотя с инспекторами это не прокатывает.
Но, к счастью, и тут нас Боженька уберег, это был наш водитель, приехавший пораньше с запасом времени. Так что мы пообедали, быстро одолели 1,5 км по дороге до Пасеки Ощепкова, погрузились в бортовой ГАЗ-66 и попрощались с гостеприимным лесом.
Дорога ужасно грязная. Как обычно бесконечные длинные лужи-колеи никогда не высыхающие под склоняющимися ветками деревьев. Пешком здесь топать одно расстройство. Зато по полям ехали, как в сказке. Все цветет и пахнет – золотистая патриния, малиновый иван-чай, белый рябинник и ломонос. Наши горы видно вдали – вершины их в облаках, но все-таки к нам они были благосклонны.
На автостанцию Лазо прибыли в 17.00, и хотя такси должны были приехать к 18.00, они тоже, как и ГАЗ добрались заранее. Так все удачно сложилось в нашей логистической схеме. Несмотря на то, что использовалось 4 разных вида транспорта, которые надо было срастить по времени, никто нас не подвел, и забросил и забрал всюду вовремя.
Намного сложнее было с транспортом далекие 25 лет назад.
«……….……………………………………………………………………………………………………………………………………..»
Григорий Воронков
Утром не торопясь собрались и пошли на трассу ловить какой-нибудь транспорт. Выйдя на дорогу, я понял, что, чтобы дождаться машину, здесь надо было выходить еще неделю назад. Потому что никаких машин не было и в помине, ни в одну сторону, ни в другую.
Сев около рюкзаков под крутым откосом, я сказал девчонкам: «Как появится машина, тормозите ее. А то если я со своим страшным видом выйду на дорогу голосовать, машины поедут вспять».
Так мы сидели довольно долго, и наконец, на горизонте появилась долгожданная машина. Это был грузовик ЗИЛ 130. Машина ехала очень медленно, и как-то странно виляя. Ей явно не хватало ширины дороги. ЗИЛ не доехал до нас метров сорок и остановился. Люда маленькая побежала к автомобилю. Добежав, она тщетно подпрыгивала, чтобы достать ручку дверцы. Машина стояла на краю дороги, и с откоса это сделать было сложно даже рослому человеку, а маленькой Люде вообще невозможно. Мне же снизу с откоса было видно, что водитель даже не замечает ее и спокойно «остужает» колеса струей со своей стороны. Шофер был «слегка трезв», без ботинок, в одних носках. Полив колеса, так и не заметив прыгающую, как зайчик, Люду, сел в кабину и подъехал к нам – мы уже вышли из своего укрытия на дорогу.
Сначала из машины вышла, видимо, жена водителя, потом подошел и он и спросил, куда нам надо. Тут жена начала громко кричать на него, размахивать руками. Я тихонько сказал, что нам никуда не надо, ведь встревать во время семейной ссоры опасно для жизни. Покричав и поругавшись на мужа, женщина выпустила пар и сама подошла к нам и спросила, куда подвезти. Я объяснил, что нам нужно в Лазо. Теперь она радушно согласилась помочь.
Рома с Людами сели в кузов, а меня немного обуял страх. В кузове были газовые баллоны. Как-то опасно ехать с таким водителем и таким грузом. Но делать нечего, не идти же еще сорок километров пешком. Я сел в кабину между шофером и его супругой.
Проехав всего десять километров, я уже от женщины знал все новости Лазовского района. Мы тормозили чуть ли ни у каждого дерева, дома и она рассказывала все события, которые здесь происходили. Мы ехали зигзагами. Подъезжая к какому-нибудь мостику, я боялся, что водитель не впишется в него и пытался подруливать, но водитель на меня ругался и отталкивал мои руки от баранки. Женщина не обращая внимания на выписываемые машиной вензеля, рассказывала очередную новость. «Вот здесь, намедни, перевернулась машина, водитель был пьяный. Это же надо, разве так можно, пьяному за руль садиться…» Я кивал и поддакивал. Видимо в ее понятиях пьяный, это когда совсем не может двигаться, а муж у нее вполне даже нормальный.
Не доехав до Лазо километров пять, машина заглохла, закончился бензин. Мы с облегчением выскочили на дорогу. Через пару минут, оглянувшись, я водителя в кабине не увидел. Видимо «бензин» закончился и у него, и он улегся спать.
Через час мы были уже на автостанции в Лазо и покупали билеты на автобус до Находки. По дороге домой напоследок мы наблюдали чудеснейший закат, но пленка на фотоаппарате давно закончилась. Народу в автобусе было мало, и мы бурно обсуждали прошедшие события и строили новые планы. Всегда немного грустно, когда заканчивается поход, но мы были полны сил и надежд.
Романа вскоре забрали в армию, а потом он уехал в Краснодар, за своим духовным учителем.
Люда маленькая была талантливая творческая девушка, хорошо шила, рисовала, писала, и обещала, что напишет рассказ обо всем этом. Жалко, что потом она уехала в Калининград, вышла замуж, и я потерял с ней связь.
Люда большая несколько лет жила в Буденновке (Владимиро-Александровском). С Юрой у них так ничего и не получилось, хотя они какое-то время после похода встречались. Потом она тоже вышла замуж и пропала.
Так мы разлетелись по миру. Если кто-нибудь из былых товарищей прочтет этот рассказ, отзовитесь….Ау…
Всем добра, мира и гармонии с самим собой и с Природой!
«……………………………………………………………………………………………………………………………………………»
Наша же дружная команда от Лазо с комфортом в удобном такси-минивэне в 20.00 уже добрались до дома. Водитель Вячеслав нормальный парень, уроженец Дальнегорска, тоже порассказывал разных экстремальных историй из своей жизни. Он с пониманием отнесся к нашему увлечению. Хотя и был несколько удивлен, что мы после 9 дней в тайге вышли не вусмерть замученные, а счастливые и довольные. А вот его напарник Рундик отказался ехать, опасаясь, что будет порожняк (т.е. что мы не придем к назначенному времени), и ему пришлось брать другого второго водителя.
Анна Дмитриевна на следующий день сделала рентген, перелома не оказалось, сильный ушиб, но травматолог сказал, что все было сделано правильно.
Так закончился наш замечательный поход. И совсем он оказался не хуже запланированных Ергак. Мы спокойно, без всякого напряга по питанию, прошли 9 дней автономно, а где 9, там и 10. А где 10, там и 14. Так что можно без страха планировать на будущее нормальные протяженные маршруты. У нашей команды, несмотря на среднестатистический «слегка пенсионный» возраст, еще есть порох в пороховницах и ягоды в ягодицах. И прошли мы 105 км по пересеченке не из последних сил, а довольно бодро, с радостью и удовольствием.
И наконец-то насладились Милоградовкой в полном объеме, можно сказать заново ее для себя открыли (теперь понятно, что обычный заезд на выходные, когда 10 часов уходит только на дорогу в один конец, а на реку остается в лучшем случае 1 день – это просто ни о чем).
И повторили маршрут старых туристов и охотников с Милоградовки на Сестру через Горелую. А сейчас этого маршрута в Нацпарке нет и поэтому ходить так нельзя. Как же так? Охотиться в Нацпарке и заповеднике на зверей некоторым личностям можно, а простым людям – краеведам – ходить по своим Приморским горам нельзя (только по меченым тропинкам).
И рассветов-закатов насмотрелись вдоволь. И не встретили в горах ни единой человеческой души – вся красота была для нас одних.
Впереди новые походы, но этот нам запомнится также надолго, как Грише запомнился его поход двадцатипятилетней давности.
А вот попробуйте вспомнить просто обычную летнюю неделю 25 лет назад. Я, например, даже и из прошлого года не вспомню. Запоминаются только такие значимые и богатые эмоциями события. Но мы сами можем и хотим их себе создавать. И будем продолжать это делать. Ведь так мы продлеваем себе жизнь за счет увеличенного объема впечатлений на единицу времени в походах. И самое главное, это живое общение с близкими по духу людьми, которого так мало осталось в настоящее время электронизации и гаджетизации.
До новых встреч на таежных тропах Приморья и не только!
Авторы:
Наталья Воронкова
Григорий Воронков