Часть 1.
Что я знаю о лыжах?
Ровным счетом ничего.
И даже никогда не интересовалась этой темой. Ни в детстве, ни во взрослом состоянии.
Однажды ездили в Наречное с дочкой Верой, когда ей было лет восемь — катались на беговых лыжах и коньках — брали в прокат. Это был единственный раз, когда я стояла на пластиковых узких лыжах. Один час, 16 лет назад. Весьма сомнительный опыт, из которого мне совершенного ничего не запомнилось.
Гриша уже лет десять постоянно натыкается на свои старые лыжи в гараже, вернее они падают ему на голову, как Ньютону, потому что не очень хорошо прикреплены на потолке. Но при этом он говорит не как великий физик «Эврика!», а каждый раз одно и то же:
— Надо нам народ поставить на лыжи…
Говорит всё как-то мимоходом. Из области фантазий. Или это почему-то случается летом. Очень ко времени. Я никогда эти слова близко к сердцу не воспринимала.
Но, наверное, накопилась критическая масса этих фантазий. И мечты пошли наконец-то в люди. Пошли со скрипом, страхами и прочими атрибутами неизведанного и незнакомого.
Я, по большому счету, даже толком не знаю, чего надо бояться.
Но и Гриша, как оказалось, тоже лыжник еще тот. В детстве была физкультура на лыжах. Да гонял по замерзшей речке по лыжне в выходные. Это было еще в Тамбове. А в Приморье, как пошел ходить по горам, тут рельеф не очень подходящий. Они могут помочь только при подходе к горе от электрички или автобуса. Пару раз приходилось эти лыжи бросать, закапывать. Потом к ним возвращаться, хотя хотелось пройти другим круговым маршрутом.
Собственно, в большие лыжные походы с ночевкой он и не ходил.
Но уж замахиваться на Вильяма Шекспира, так замахиваться.
И мы сразу включили в наш годовой план походов двухдневный лыжный поход, который теперь грозится стать даже трехдневным.
Сказали А, надо говорить Б.